Муха цокотуха кто написал сказку


Сказка Муха-Цокотуха Корнея Ивановича Чуковского текст с картинками

Сказка в стихах «Муха-Цокотуха» о том, как однажды муха шла по полю и нашла денежку, а потом на базаре купила самовар. В этот день муха была именинницей, поэтому заварила чай и пригласила к себе разных насекомых. Она угощала их крендельками и получала подарки: сапожки с золотыми пряжками, а пчела «меду принесла». Все веселились. Но вдруг появился «старичок паучок» и похитил муху! Муха стала звать на помощь, она просила и умоляла гостей спасти ее. Но гости испугались и разбежались кто куда и спрятались. Никто не осмелился дать отпор злодею.

Так бы и погибла именинница Муха-Цокотуха. Но появился «маленький комарик» и в своей руке он держал «маленький фонарик». Он отважно сразился с пауком-злодеем и освободил муху. На радостях комар берет муху в жены.

Эта сказка показывает малышу пример храбрости и самоотверженности, рассказывает о том, что настоящие друзья не предадут в самой сложной и опасной ситуации.

Сказка Муха-Цокотуха читать:

Муха, Муха-Цокотуха, Позолоченное брюхо!Муха по полю пошла, Муха денежку нашла. Пошла Муха на базар

И купила самовар:

Козявочки с червяками, Букашечки с мотыльками. А жуки рогатые, Мужики богатые, Шапочками машут, С бабочками пляшут. Тара-ра, тара-ра, Заплясала мошкара. Веселится народ- Муха замуж идёт За лихого, удалого, Молодого Комара! Муравей, Муравей! Не жалеет лаптей,- С Муравьихою попрыгивает И букашечкам подмигивает: «Вы букашечки, Вы милашечки, Тара-тара-тара-тара-таракашечки!» Сапоги скрипят, Каблуки стучат,- Будет, будет мошкара Веселиться до утра: Нынче Муха-Цокотуха

Именинница!

kinderbox.ru

Муха-Цокотуха

Муха, Муха-Цокотуха, Позолоченное брюхо!

Муха по полю пошла, Муха денежку нашла.

Пошла Муха на базар И купила самовар:

“Приходите, тараканы, Я вас чаем угощу!

Тараканы прибегали, Все стаканы выпивали, А букашки - По три чашки С молоком И крендельком: Нынче Муха-Цокотуха

Именинница!

Приходили к Мухе блошки, Приносили ей сапожки, А сапожки не простые –

В них застежки золотые.

Приходила к Мухе Бабушка-пчела, Мухе-Цокотухе

Мёду принесла...

“Бабочка-красавица, Кушайте варенье! Или вам не нравится

Наше угощенье?”

Вдруг какой-то старичок        Паучок Нашу Муху в уголок        Поволок, - Хочет бедную убить,

Цокотуху погубить!

“Дорогие гости, помогите! Паука-злодея зарубите!        И кормила я вас,        И поила я вас, Не покиньте меня

В мой последний час!”

Но жуки-червяки        Испугалися, По углам, по щелям

       Разбежалися:

       Тараканы        Под диваны,        А козявочки        Под лавочки А букашки под кровать - Не желают воевать! И никто даже с места        Не сдвинется: Пропадай-погибай.

       Именинница!

А кузнечик, а кузнечик! Ну совсем как человечек, Скок, скок, скок, скок!        За кусток,        Под мосток

       И молчок!

А злодей-то не шутит, Руки-ноги он Мухе верёвками крутит, Зубы острые в самое сердце вонзает

И кровь у нее выпивает.

Муха криком кричит,        Надрывается, А злодей молчит,

       Ухмыляется.

Вдруг откуда-то летит Маленький Комарик, И в руке его горит

Маленький фонарик.

“Где убийца? Где злодей? Не боюсь его когтей!”

Подлетает к Пауку, Саблю вынимает И ему на всем скаку

Голову срубает!

Муху за руку берёт И к окошечку ведет:

“Я злодея зарубил, Я тебя освободил И теперь, душа-девица,

На тебе хочу жениться!”

Тут букашки и козявки Выползают из-под лавки: “Слава, слава Комару -

       Победителю!”

Прибегали светляки, Зажигали огоньки - То-то стало весело,

То-то хорошо!

Эй, сороконожки, Бегите по дорожке, Зовите музыкантов,

Будем танцевать!

Музыканты прибежали, В барабаны застучали. Бом! бом! бом! бом! Пляшет Муха с Комаром. А за нею Клоп, Клоп Сапогами топ, топ! Козявочки с червяками, Букашечки с мотыльками. А жуки рогатые, Мужики богатые, Шапочками машут,

С бабочками пляшут.

Тара-ра, тара-ра, Заплясала мошкара.

Веселится народ - Муха замуж идёт За лихого, удалого,

Молодого Комара!

Муравей, Муравей Не жалеет лаптей, - С Муравьихою попрыгивает

И букашечкам подмигивает:

“Вы букашечки, Вы милашечки,

Тара-тара-тара-тара-таракашечки!”

Сапоги скрипят, Каблуки стучат, - Будет, будет мошкара Веселиться до утра: Нынче Муха-Цокотуха

       Именинница!

lukoshko.net

Как была написана «Муха-Цокотуха»

Прошлым летом я сочинил для моей правнучки, трехлетней Марины, сказку, которая начинается так:

Бабушка к буфету,

А жаркого нету!

«Что ж это такое!

Где мое жаркое!»

Марина ничего не сказала, ушла к своим куклам, но вскоре я услышал, как она поет им мою сказку:

Бабушка к буфету,

А жаркое есть.

Очевидно, мое нету не понравилось ей, и она преобразила его в есть.

Для ребенка отвратительны сказки и песни с печальным концом. Живя иллюзией вечного праздника, дети упрямо заменяют печальные концовки наших сказок и песен благополучными, радостными.

Существует невеселая старинная песня о мужике, потерявшем дугу:

Поискал и не нашел,

Он заплакал и пошел.

Услышав эту песню, Коля Черноус, трех с половиною лет, насупился, весь покраснел, заткнул уши и убежал на балкон. Через минуту он вернулся оттуда веселый и, как бы издеваясь над нами, запел:

Поискал и нашел,

Засмеялся и пошел.

Заплакал превратилось в засмеялся. Ибо малые дети не терпят, чтобы в тех сведениях о жизни, какие дают им литература, театр и живопись, был хоть намек на окончательную победу несчастья и зла.

Сколько я знаю детей, которые на театральных спектаклях крепко закрывают глаза, чуть только с каким-нибудь любимым героем случится хоть на минуту беда.

В обиходе английских детей есть знаменитая песенка с печальным концом: к какой-то девушке подлетела ворона и начисто откусила ей нос (Snapped off her nose). Можно не сомневаться, что английские дети в течение веков жаждали другой, менее мрачной концовки. Угождая их неосознанным инстинктивным желаниям, кто-то (уже в XIX веке) присочинил к этой горестной песне утешительные строки о том, будто к искалеченной девушке позвали королевского врача, и он так искусно пришил ей откушенный нос, что несчастная опять стала счастливой. После чего дети вполне примирились с отвергнутой песней и перестали чуждаться ее.1

Это понятно. Ведь счастье для малых детей — норма жизни, естественное состояние души, еще не знающей ни об угрозе неминуемой смерти, ни о мучительных тяготах и томлениях жизни. В возрасте «от двух до пяти» они — самое счастливое племя из всех, какие живут на земле.

Спрашивается: где же серьезным и безрадостным взрослым, «измученным жизнью, коварством надежды», соваться в безоблачно-солнечное царство детей?

Подделаться под ребенка нетрудно, да ведь подделка легко обнаружится, и дети отпрянут от нее, как от фальши. Сколько ни вымучивай из себя бойких и мажорных стишков, их бравурность будет чисто механической, и они никогда не дойдут до трехлетних-пятилетних сердец. Когда-то в своей книге «От двух до пяти» я опубликовал заповеди для детских поэтов, но только теперь догадался, что ко всем этим заповедям следует прибавить еще одну, может быть самую главную: писатель для малых детей непременно должен быть счастлив. Счастлив, как и те, для кого он творит.

Таким счастливцем порою ощущал себя я, когда мне случалось писать стихотворные детские сказки.

Конечно, я не могу похвалиться, что счастье — доминанта моей жизни. Бывали и утраты, и обиды, и беды. Но у меня с юности было — да и сейчас остается — одно драгоценное свойство: назло всем передрягам и дрязгам вдруг ни с того ни с сего, без всякой видимой причины, почувствуешь сильнейший прилив какого-то сумасшедшего счастья. Особенно в такие периоды, когда надлежало бы хныкать и жаловаться, вдруг вскакиваешь с постели с таким безумным ощущением радости, словно ты пятилетний мальчишка, которому подарили свисток.

Не знаю, бывали ли у вас такие беспричинные приливы веселья, а я без них, кажется, пропал бы совсем в иные наиболее тоскливые периоды жизни. Идешь по улице и, бессмысленно радуясь всему, что ты видишь,- вывескам, трамваям, воробьям,- готов расцеловаться с каждым встречным и твердишь из своего любимого Уитмена:

Отныне я не требую счастья,

я сам свое счастье.

Один такой день мне запомнился особенно ясно — 29 августа 1923 года, душный день в раскаленном, как печь, Петрограде, когда я внезапно на Невском пережил наитие этого необыкновенного чувства и так обрадовался самому факту своего бытия на земле, что готов был выкрикивать вслух строки из того же поэта:

Почему многие, приближаясь ко мне,

зажигают в крови моей солнце!

Почему, когда они покидают меня,

флаги моей радости никнут!

Но в тот блаженный и вечно памятный день флаги моей радости нисколько не никли, а, напротив, развевались с каждым шагом все шире, и, чувствуя себя человеком, который может творить чудеса, я не взбежал, а взлетел, как на крыльях, в нашу пустую квартиру на Кирочной (семья моя еще не переехала с дачи) и, схватив какой-то запыленный бумажный клочок и с трудом отыскав карандаш, стал набрасывать строка за строкой (неожиданно для себя самого) веселую поэму о мухиной свадьбе, причем чувствовал себя на этой свадьбе женихом.

Поэму я задумал давно и раз десять принимался за нее, но больше двух строчек не мог сочинить. Выходили вымученные, анемичные, мертворожденные строки, идущие от головы, но не от сердца. А теперь я исписал без малейших усилий весь листок с двух сторон и, не найдя в комнате чистой бумаги, сорвал в коридоре большую полосу отставших обоев и с тем же чувством бездумного счастья писал безоглядно строку за строкой, словно под чью-то диктовку.

Когда же в моей сказке дело дошло до изображения танца, я, стыдно сказать, вскочил с места и стал носиться по коридору из комнаты в кухню, чувствуя большое неудобство, так как трудно и танцевать и писать одновременно.

Очень удивился бы тот, кто, войдя в мою квартиру, увидел бы меня, отца семейства, 42-летнего, седоватого, обремененного многолетним поденным трудом, как я ношусь по квартире в дикой шаманской пляске и выкрикиваю звонкие слова и записываю их на корявой и пыльной полоске содранных со стенки обоев.

В этой сказке два праздника: именины и свадьба. Я всею душою отпраздновал оба. Но чуть только исписал всю бумагу и сочинил последние слова своей сказки, беспамятство счастья мгновенно ушло от меня, и я превратился в безмерно усталого и очень голодного дачного мужа, приехавшего в город для мелких и тягостных дел.

Вряд ли я тогда понимал, что эти внезапные приливы бездумного счастья есть, в сущности, возвращение в детство. Горе тому детскому писателю, кто не умеет хоть на время расстаться со своей взрослостью, выплеснуться из нее, из ее забот и досад, и превратиться в сверстника тех малышей, к кому он адресуется со своими стихами.

Эти возвращения в детство чаще всего были сопряжены у меня с таким редкостным и странным душевным подъемом, который я дерзну обозначить устарелым словцом вдохновение.

Теперь это словцо не в чести. Литературоведы и критики давно уже изгнали его из своего словаря. Вдохновение объявлено чуть ли не мифом, придуманным лукавыми поэтами ради того, чтобы возвеличить свой цех.

Между тем я на собственном опыте убедился, что оно существует. Вдруг ни с того ни с сего все мои писательские интересы и навыки отлетают от меня ко всем чертям, я испытываю сердцебиение ребяческой радости, которая сильнее меня самого, и тороплюсь без оглядки записать «Бармалея», или «Путаницу», или сказку о том,

Как у наших у ворот

Чудо-дерево растет.

Чудо-чудо-чудо-чудо

Расчудесное!

Не листочки на нем,

Не цветочки на нем,

А чулки да башмаки,

Словно яблоки!

Вот почему, когда я на старости лет перелистываю мои давние сказки, иные из них представляются мне древними памятниками тех приливов внезапного детского счастья, которыми они рождены.

Впрочем, по мнению моих близких друзей, у меня в характере вообще очень много ребяческого. Когда мне исполнилось семьдесят пять лет (о, как давно это было!), Маршак обратился ко мне с задушевным посланием, которое кончалось такими словами:

Пусть пригласительный билет

Тебе начислил много лет,

Но, поздравляя с годовщиной,

Не семь десятков с половиной

Тебе я дал бы, друг старинный,

Могу я дать тебе — прости!-

От двух, примерно, до пяти…

Итак, будь счастлив и расти!..

Это остроумно, но, к сожалению, неверно. Если бы детская психика была моим всегдашним достоянием, я написал бы не десять сказок, а по крайней мере сто или двести. Увы, приливы ребяческой радости бывают в человеческой жизни нечасто, и длятся они очень недолго. Да и возможно ли полагаться на взлет вдохновения? В сущности, «Муха-Цокотуха» — единственная моя сказка, которую от первой строки до последней я написал сгоряча, в один день, без оглядки, по внушению нахлынувших на меня неожиданно радостных чувств.

Остальные сказки давались мне не так-то легко, хотя всякая из них зародилась во мне в минуты моего возвращения в детство. Но эти минуты бывали так коротки, что дарили мне лишь несколько строк. Остальные приходилось добывать долгим и упрямым трудом, неизменно радостным, но тяжким.

Здесь на смену вдохновению к писателю должна приходить другая, столь же драгоценная сила, без которой ему нельзя обойтись.

Но об этом — на дальнейших страницах.

Корней Чуковский

1 Речь идет о народной песне «Sing a Song of Sixpence», которая, по словам английских фольклористов Айоны и Питера Опи, была зарегистрирована в печати около 1744 года. Строфа о враче, излечившем безносую девушку, была сочинена около 1866 года. Рендольф Колдекотт в 1880 году дал другую, более лаконичную концовку: «Прилетела пташка Дженни Рен (wren — крапивник) и приклеила его».

www.chukfamily.ru

Муха-Цокотуха (сказка) - это... Что такое Муха-Цокотуха (сказка)?

Муха-Цокотуха (сказка) Муха-Цокотуха на российской почтовой марке. 1993

Му́ха-Цокоту́ха — детская сказка в стихах Корнея Чуковского и главная героиня этой сказки.

Сказка была написана в 1923 году, но поначалу была запрещена цензурой: во фразе «А жуки рогатые, — Мужики богатые» комиссия Государственного Учёного Совета увидела «сочувствие кулацким элементам деревни».

Впервые под названием «Мухина свадьба» сказка была опубликована издательством «Радуга» в 1924 году с иллюстрациями В. Конашевича. Шестое издание сказки в 1927 году впервые вышло под современным названием.

Снято не менее четырёх мультфильмов по сказке: Муха-Цокотуха (1960, художник М. К. Восканьянц), Доктор Айболит (Киевнаучфильм, 1985) — полный текст сказки звучит в фильме как спектакль, который показывет коварный Бармалей зверятам в Африке.

Спектакли и мюзиклы по сказке входят в репертуар театров для детей. Это один из постоянных сюжетов утренников в детских садах, в постановках детских театральных и танцевальных кружков.

Название сказки носят рестораны и кафе.

Цитаты

Увы, приливы ребяческой радости бывают в человеческой жизни нечасто, и длятся они очень недолго. Да и возможно ли полагаться на взлёт вдохновения? В сущности «Муха-Цокотуха» — единственная моя сказка, которую от первой строки до последней я написал сгоряча, в один день, без оглядки, по внушению нахлынувших на меня неожиданно радостных чувств.

Корней Чуковский «Как была написана Муха-Цокотуха» [1]

Идея и содержание «Мухи-Цокотухи» не соответствует нашему воспитанию малышей в духе дружбы, единства, помощи коллектива. Посмотрите, букашки веселятся, и ни Муха-Цокотуха, ни автор отнюдь не осуждают всех этих «друзей», покинувших товарища в трудную минуту…

З. Любина. «О советской сказке». — журнал «Дошкольное воспитание», 1954 год [2]

Ссылки

Произведения Корнея Чуковского Сказки Айболит  · Бармалей · Краденое солнце · Крокодил · Мойдодыр · Муха-Цокотуха · Приключения Бибигона · Путаница · Тараканище · Телефон · Топтыгин и Лиса · Топтыгин и Луна · Федорино горе · Чудо-дерево Персонажи Крокодил  · Айболит  · Бармалей · Тяни-толкай · Мойдодыр · Бибигон Повести Солнечная · Серебряный герб Критика и публицистика От Чехова до наших дней · Принципы художественного перевода · Искусство перевода · Высокое искусство · Живой как жизнь · От двух до пяти · Чукоккала Экранизации Мойдодыр (1927) · Тараканище (1927) · Доктор Айболит (1938) · Лимпопо (1939) · Мойдодыр (1939) ·Бармалей (1941) · Муха-цокотуха (1941) · Краденое солнце (1943) · Телефон (1944) · Павлиний хвост (1946) · Мойдодыр (1954) · Муха-цокотуха (1960) · Тараканище (1963) · Айболит-66 (1966) · Айболит и Бармалей (1973) · Федорино горе (1974) · Муха-цокотуха (1976) · Бибигон (1981) · Путаница (1982) · От двух до пяти (1983) · Ваня и крокодил (1984) · Доктор Айболит (1984—1985) Дети Чуковского Николай Чуковский · Лидия Чуковская · Борис Чуковский (Боба) · Мария Чуковская (Му́ра) Другое Бармалеева улица · Фонтан «Бармалей» · Премия имени Корнея Чуковского

Wikimedia Foundation. 2010.

dic.academic.ru


Смотрите также

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>