Кто написал не стреляйте в белых лебедей


Борис Васильев - Не стреляйте в белых лебедей

Борис Васильев

Не стреляйте в белых лебедей

Когда я вхожу в лес, я слышу Егорову жизнь. В хлопотливом лепете осинников, в сосновых вздохах, в тяжелом взмахе еловых лап. И я ищу Егора.

Я нахожу его в июньском краснолесье — неутомимого и неунывающего. Я встречаю его в осенней мокряди — серьезного и взъерошенного. Я жду его в морозной тишине — задумчивого и светлого. Я вижу его в весеннем цветении — терпеливого и нетерпеливого одновременно. И всегда поражаюсь, каким же он был разным — разным для людей и разным для себя.

И разной была его жизнь — жизнь для себя и жизнь для людей.

А может быть, все жизни разные? Разные для себя и разные для людей? Только всегда ли есть сумма в этих разностях? Представляясь или являясь разными, всегда ли мы едины в своем существе?

Егор был единым, потому что всегда оставался самим собой. Он не умел и не пытался казаться иным — ни лучше, ни хуже. И поступал не по соображениям ума, не с прицелом, не для одобрения свыше, а так, как велела совесть.

Егора Полушкина в поселке звали бедоносцем. Когда утерялись первые две буквы, этого уже никто не помнил, и даже собственная жена, обалдев от хронического невезения, исступленно кричала въедливым, как комариный звон, голосом:

— Нелюдь заморская заклятье мое сиротское господи спаси и помилуй бедоносец чертов…

Кричала она на одной ноте, пока хватало воздуха, и, знаков препинания не употребляла. Егор горестно вздыхал, а десятилетний Колька, обижаясь за отца, плакал где-то за сараюшкой. И еще потому он плакал, что уже тогда понимал, как мать права.

А Егор от криков и ругани всегда чувствовал себя виноватым. Виноватым не по разуму, а по совести. И потому не спорил, а только казнился.

— У людей мужики так уж добытчики так уж дом у них чаша полная так уж жены у них как лебедушки!..

Харитина Полушкина была родом из Заонежья и с ругани легко переходила на причитания. Она считала себя обиженной со дня рождения, получив от пьяного попа совершенно уже невозможное имя, которое ласковые соседушки сократили до первых двух слогов:

— Харя-то наша опять кормильца своего критикует.

А еще то ей было обидно, что родная сестра (ну, кадушка кадушкой, ей-богу!), так родная сестра Марья белорыбицей по поселку плавала, губы поджимала и глаза закатывала:

— Не повезло Тине с мужиком. Ах, не повезло, ах!..

Это при ней — Тина и губки гузкой. А без нее — Харя и рот до ушей. А ведь сама же в поселок их сманила. Дом заставила продать, сюда перебраться, от людей насмешки терпеть:

— Тут, Тина, культура. Кино показывают.

Кино показывали, но Харитина в клуб не ходила. Хозяйство хворобное, муж в дурачках, и надеть почти что нечего. В одном платьишке каждый день на людях маячить — примелькаешься. А у Марьины (она, стало быть, Харя, а сестрица-Марьица, вот так-то!), так у Марьицы платьев шерстяных — пять штук, костюмов суконных— два да костюмов джерсовых — три целых. Есть в чем на культуру поглядеть, есть в чем себя показать, есть что в ларь положить.

А причина у Харитины одна: Егор Савельич, муж дорогой. Супруг законный, хоть и невенчанный. Отец сыночка единственного. Кормилец и добытчик, козел его забодай.

Между прочим, друг-приятель приличного человека Федора Ипатовича Бурьянова, Марьиного мужа. Через два проулка — дом собственный, пятистенный. Из клейменых бревен: одно в одно, без сучка, без задоринки. Крыша цинковая: блестит — что новое ведро. Во дворе — два кабанчика, овец шесть штук да корова Зорька. Удоистая корова — в дому круглый год масленица. Да еще петух на коньке крыши, как живой. К нему всех командировочных водили:

— Чудо местного народного умельца. Одним топором, представьте себе. Одним топором сработано, как в старину.

Ну, правда, чудо это к Федору Ипатовичу отношения не имело: только размещалось на его доме. А сделал петуха Егор Полушкин. На забавы у него времени хватало, а вот как бы для дельного чего…

Вздыхала Харитина. Ох, не доглядела за ней матушка-покойница, ох, не уходил ее вожжами отец-батюшка! Тогда б, глядишь, не за Егора бы выскочила, а за Федора. Царицей бы жила.

Федор Бурьянов сюда за рублем приехал тогда еще, когда здесь леса шумели — краю не видать. В ту пору нужда была, и валили этот лес со смаком, с грохотом, с прогрессивкой.

Поселок построили, электричество провели, водопровод наладили. А как ветку от железной дороги дотянули, так и лес кругом кончился. Бытие, так сказать, на данном этапе обогнало чье-то сознание, породив комфортабельный, но никому уже не нужный поселок среди чахлых остатков некогда звонкого краснолесья. Последний массив вокруг Черного озера областные организации и власти с превеликим трудом сумели объявить водоохранным, и работа заглохла. А поскольку перевалочная база с лесопилкой, построенной по последнему слову техники, при поселке уже существовала, то лес сюда стали теперь возить специально. Возили, сгружали, пилили и снова грузили, и вчерашние лесорубы заделались грузчиками, такелажниками и рабочими при лесопилке.

А вот Федор Ипатович за год вперед все в точности Марьице предсказал:

— Хана прогрессивкам, Марья: валить вскорости нечего будет. Надо бы подыскать чего поспособнее, пока еще пилы в ушах журчат.

И подыскал: лесником в последнем охранном массиве при Черном озере. Покосы бесплатно, рыбы навалом, и дрова задарма. Вот тогда-то он себе пятистенок и отгрохал, и добра понапас, и хозяйство развел, и хозяйку одел — любо-дорого. Одно слово: голова. Хозяин.

И держал себя в соответствии: не елозил, не шебаршился. И рублю и слову цену знал: уж ежели ронял их, то со значением. С иным за вечер и рта не раскроет, а иного и поучит уму-разуму:

— Нет, не обратал ты жизнь, Егор: она тебя обратала. А почему такое положение? Вникни.

Егор слушал покорно, вздыхал: ай, скверно он живет, ай, плохо. Семью до крайности довел, себя уронил, перед соседями стыдоба — все верно Федор Ипатыч говорит, все правильно. И перед женой совестно, и перед сыном, и перед людьми добрыми: Нет, надо кончать ее, эту жизнь. Надо другую начинать: может, за нее, за буду щую светлую да разумную, Федор Ипатыч еще рюмочку нальет, сдобрится?..

— Да, жизнь обратать — хозяином стать: так-то старики баивали.

— Правда твоя, Федор Ипатыч. Ой, правда!

— Топор ты в руках держать умеешь, не спорю. Но — бессмысленно.

— Да уж. Это точно.

— Руководить тобою надо, Егор.

— Надо, Федор Ипатыч. Ой, надо!..

Вздыхал Егор, сокрушался. И хозяин вздыхал, задумывался. И все тогда вздыхали. Не сочувствуя — осуждая. И Егор под их взглядами еще ниже голову опускал. Стыдился.

libking.ru

«Не стреляйте в белых лебедей» главные герои

Образовака Сочинения 9 класс Не стреляйте в белых лебедей

В романе «Не стреляйте в белых лебедей» герои, самые обычные люди, показывают пример извечной борьбы со злом. Главный герой, непутевый русский мужик, погибает в схватке с врагами, но до конца жизни остается настоящим человеком. У него остается сын, вобравший в себя все хорошие качества отца, и хочется верить, что он станет достойным продолжателем праведной борьбы с недостатками, мешающими построить счастливое будущее. В число главных героев «Не стреляйте в белых лебедей», с уверенностью можно включить и живую природу, сыгравшую свою немаловажную роль в жизни людей.

Простой сельский мужик с душой романтика, в котором развита любовь к прекрасному. Всю работу, за которую берется, делает с душой. В нем присутствует творческое начало, и всю работу он старается сделать не только качественно, но и красиво. В поселке считается бестолковым и непутевым. Любит окружающую природу и все живое. Погибает от рук браконьеров.

Жена Полушкина. Всю жизнь приходится страдать от своего имени, которым ее назвали. Хорошая, добрая женщина, но не разделяет взглядов своего мужа, мучается от его «неумения жить, как люди», от бесхитростности и неприспособленности бестолкового супруга. В какое-то время она даже хочет уйти от него, и лишь позже понимает, какой великой души человек ее муж.

Сын Егора. Хороший, отзывчивый мальчик, характером удался в отца. Легкоранимый мальчик, любит природу и разную живность, полностью поддерживает отца, помогает ему во всем. Глубоко развито чувство сострадания. Написал стихи, которые Полушкин развешал в лесу вместо скучных безжизненных плакатов.

Лесник, имеет вес в поселке, так как занимается распределением леса. Человек без совести, жадный и корыстный. Использует свое служебное положение в личных целях. Также использует своего свояка Егора. Готов на все ради наживы. Участвует в его убийстве, пытаясь уйти от ответственности, хочет его подкупить.

Жена Бурьянова, сестра Харитины. Два сапога пара со своим мужем. Уговорила Полушкиных переехать в поселок, преследуя корыстную цель, чтобы Егор «по-родственному» построил им новый дом. Считает себя прогрессивной женщиной.

Сын Бурьяновых, полная противоположность Кольке. Весь в родителей, такой же жадный и завистливый, хитрый и изворотливый. Лживый и хвастливый. Любит действовать исподтишка. Как и отец, стремится во всем найти выгоду, издевается над животными.

Учительница сельской школы. Справедливая, умная и порядочная молодая женщина. Ценительница прекрасного, находит понимание с Полушкиным. Влюблена в Чувалова. Узнав из его рассказа о том, что он женат, уезжает в Ленинград, чувствуя себя обманутой.

Новый лесничий поселка. Решительный, честный и справедливый. Относится к своей работе с большой ответственностью. Хорошо разбирается в людях, ценит Егора за отличную работу и творческий подход к делу. Узаконивает завязавшиеся отношения с молодой учительницей.

Никчемные люди, шабашники. Шабашат и выпивают вместе с Полушкиным, но это не мешает им принять участие в убийстве Егора. Только после смерти товарища в Филе просыпается совесть, и к нему приходит раскаяние, он ухаживает за его могилой.

Это была краткая характеристика персонажей романа Бориса Васильева «Не стреляйте в белых лебедей», дающая возможность глубже понять внутреннюю сущность каждого из героев.

Будь в числе первых на доске почета

obrazovaka.ru

Не стреляйте в белых лебедей

Все жители поселка звали Егора Полушкина бедоносцем. Куда исчезли две первые буквы — не помнил уже никто. Даже жена Полушкина, Харитина называла мужа «нелюдью заморской» и «чертовым бедоносцем». Родом Харитина была с Заонеежья, и обиды ее начались с раннего детства, когда пьяный поп дал ей это невозможное имя. Родная сестра называла ее Тиной, а добрые соседушки — Харей. Сестра Марьица и переманила Полушкиных в этот поселок, построенный при деревооб­ра­ба­тывающей фабрике. Когда-то вокруг поселка шумели бескрайние леса. За несколько десятилетий их вырубили. Спохватились, когда осталась одна-единственная роща у Черного озера. Ее признали «заповедной» и приставили лесника — мужа Марьицы и двоюродного брата Полушкина, Федора Ипатовича Бурьянова. Стал Бурьянов самым богатым и уважаемым человеком в поселке.

Дом у Бурьяновых — пятистенные хоромы, срубленные золотыми руками Полушкина. Когда Егор с женой и детьми — сыном Николаем и дочерью Ольгой, переехал в поселок. Бурьянов отдал двоюродному брату свою старую, неказистую избушку, откуда вывез даже полы и бревна из погреба. Взамен Егор построил Федору Ипатовичу добротную пятистенку, петушка на крышу искусно вырезал.

Сын Полушкинна, Колька, «чистоглазый мужичок», весь в отца пошел. Паренек был сметливый, терпеливый, но очень чистый и доверчивый. Плакал он редко, и не из-за обиды или боли, а только по причине жалости и сочувствия к другим. И сильнее всего Колька обижался, когда его отца бедоносцем звали. А вот Вовка, сын Бурьянова, обижался часто и сильно, и ревел только из-за собственных обид.

Продолжение после рекламы:

В родном колхозе Егор Полушкин был на хорошем счету, а вот на новом месте не заладилось. Все беды Полушкина — от того, что не умел он работать без души. Первые два месяца, когда Егор Федору Ипатовичу дом строил от зари до зари, работалось в радость, «как сердце велело». Знал хитрый Бурьянов, что мастера торопить — себе дороже. Потом взяли Полушккина в плотницкую строительную бригаду — и началась бесконечная черная полоса. Не умел Егор, искусный плотник, работать на скорую руку. Делал все не торопясь, как «для себя», и срывал строительной бригаде план.

Перебрав все строительные бригады поселка, Полушкин попал в разнорабочие, но здесь тоже долго не задержался. Однажды, в теплый майский день, поручили Полушккину копать траншею под канализа­ционную трубу. Работалось Егору радостно. Траншея получалась прямой, как стрела, пока на ее пути не встретился муравейник. Пожалел Полушкин трудолюбивых мурашек, пустил траншею в обход, только нее сообразил, что кривых канализа­ционных труб не бывает. Случай этот стал известен всему поселку, и окончательно укрепил за Полушкиным репутацию бедоносца. Колька же стал приходить из школы весь в синяках.

Следующим местом работы Егора стала лодочная станция. Стояла она у небольшого озера, которое появилось на месте запруженной речки. Станция обслуживала туристов, потянувшихся в этот оживший уголок не только из районного центра, но и из самой Москвы. Золотые руки Егора пришлись здесь кстати. Начальник лодочной станции, «пожилой, сильно от жизни уставший» мужик Яков Прокопыч Сазанов, остался доволен Егоровой работой и старанием, да и самому Полушкину работа пришлась по душе.

А Федора Ипатовича Бурьянова тем временем вызвал новый лесничий и потребовал с него все акты на порубку леса. А какие акты, когда у Бурьянова новая изба-пятистенка на весь поселок светится.

Брифли бесплатен благодаря рекламе:

Егор же старался на новой работе, как мог. Только раз рассердил он своего начальника — вместо положенных «по уставу» черных номеров нарисовал на носу каждой лодки веселую, яркую зверушку или цветок. Увидев Егоровы «художества», Яков Прокопыч осердился и велел это безобразие закрасить. Настоящая беда, однако, ждать себя не заставила. Прибыла на лодочную станцию первая в этом году группа туристов — «трое мужиков, да с ними две бабеночки». Выделил Сазанов Полушкину ценную моторную лодку и велел перевезти туристов через реку. Егор взял с собой Кольку, на подмогу. Туристов перевезли, место для лагеря выбрали, да вот беда: рядом оказался огромный муравейник. Егор предложил на другую полянку лагерь перенести, но один из туристов заявил, что муравьи им не помеха, а «человек — царь природы», облил муравейник бензином и поджег.

После расстелили туристы скатерть, снедь выложили, стали Егора с Колькой угощать. Хоть угощение Полушкины и приняли, перед глазами у них все равно стояли горящие муравьи. Никогда Полушкин спиртным не злоупотреблял, а сейчас принял сверх меры, плясать начал, падать. Туристы забавлялись, подзуживали. Стыдно стало Кольке за отца. Попытался он остановить Егора, и Полушкин впервые поднял на сына руку. Колька убежал, а Егор поплелся к берегу. Начал мотор в лодке заводить, да не завел, перевернул только. Так, перевернутую, и поволок за веревку вдоль берега.

Федор Ипатович пребывал в озабоченности и смятении: требовал новый лесничий Юрий Петрович Чувалов заплатить за бревна, что на дом пошли. Деньги у Бурьянова были, а вот сил с ними расстаться не было.

Егор же лодку к станции притащил пустую — ни весел, ни мотора. Пришел он в себя только через два дня и кинулся искать, да только напрасно. Сгинуло все: и мотор, и бачек и уключины, и туристы. Колька из дома ушел, несколько дней у учительницы Нонны Юрьевны жил. За потерянное добро пришлось заплатить Полушкину триста рублей — деньги для него невиданные. Бурьянов денег не одолжил, пришлось поросенка резать и в город на продажу везти. А с туристов тех Бурьянов «деньгу слупил». На поиски Кольки Вовку отправили. Тот к туристам забрел и узнал не только про «показательные выступления» Егора, но и про то, что рыбалка у них не идет. Вот и отвез их Бурьянов за 30 рублей на Черное озеро, в заповедную зону.

В городе Полушкина обманули, и за поросенка он выручил только 200 рублей. А тут на заготконторе объявление вывесили: областные заготовители покупают у населения моченое липовое лыко и платят 50 копеек за килограмм. Пока Полушкин раздумывал и у Федора Ипатовича разрешение брал, сам Бурьянов времени не терял. Придя через несколько дней в лес, увидел Полушкин начисто ободранную и погубленную липовую рощу.

Аудиокнига «Не стреляйте белых лебедей». Слушайте дома или в дороге. Бесплатный отрывок:

Купить и скачать аудиокнигу

149 ₽ · 8 ч 48 мин · Литрес

Харитина Полушкина все это время ходила по инстанциям и выбила-таки ясли для дочки и работу для себя. Стала работать судомойкой в столовой. Егор же после неудачи с лыком махнул на себя рукой и запил. Появились дружки, Черепок да Филя, научили Полушкина шабашить, людей обманывать и деньги из дома уносить.

На одной из таких шабашек и встретился Полушкин и Нонной Юрьевной. Колькина учительница была родом из Ленинграда. В этот глухой поселок она попала после окончания института. Жила здесь Нонна Юрьевна как серая мышка, но слухи о молодой и незамужней учительнице все равно поползли — распространяла их хозяйка, у которой жила учительница. Тогда Нонна Юрьевна проявила настойчивость и выбила себе отдельное жилье — избушку-развалюшку с дырявой крышей. На починку этой крыши и наняла Нонна трех шабашников, Полушкина, черепка и Филю. Не стал Егор учительницу обманывать. А деньги, которых на ремонт не хватало, Харитина дала.

Новый лесничий Юрий Петрович Чувалов, как и учительница Нонна Юрьевна, был родом из Ленинграда. Родители его умерли через год после победы, и маленького Юру вырастила соседка. Узнал об этом Чувалов только в 16 лет, но вырастившая его женщина так и осталась для Юрия Петровича матерью. Конечно, всего этого Федор Ипатович не знал, когда ехал в областной центр сдавать лесничему справку об оплате леса, который пошел на постройку Бурьяновской пятистенки. Вот только справки этой оказалось мало. Юрию Петровичу требовалось разрешение на порубку строевого соснового леса. Напрасно Федор Ипатович юлил и выкручивался — Чувалов был непреклонен, а папочку с Бурьяновскими справочками у себя оставил.

Папку эту Чувалов никому отдавать не собирался, просто «не мог отказать себе в удовольствии оставить Федора Ипатовича со страхом наедине». Однако навестить этот дальний уголок своего хозяйства Юрий Петрович все же собрался, благо был повод: передать местной учительнице посылку от матери.

В жизни Полушкина снова началась «быстрая полоса». Помогал он Нонне Юрьевне от чистого сердца и «строительными» проблемами ее не беспокоил. Все сам решал. Колька отцу помогал, хотя все его мысли были об Оле Кузиной и о щенке. В одноклассницу Олю Колька был влюблен, да только сама Кузина смотрела исключительно на его двоюродного брата Вовку. А щенка Колька выменял у Вовки на новый компас, спас, когда Бурьянов-младший решил животину утопить. Теперь щенок жил у Бурьяновых, и кормил его Вовка через день, но Кольке не отдавал, «настоящую цену» требовал.

В самый разгар этой бурной деятельности и явился в дом Нонны Юрьевны новый лесничий. Узнав, что чувалов собирается на Черное озеро, Нонна Юрьевна посоветовала взять в проводники Егора. Взял Юрий Петрович на Черное озеро не только Егора с Колькой, но и саму Нонну Юрьевну. Кольке лесничий особое поручение дал: записывать в тетрадку всю встреченную по дороге живность. По пути Нонна Юрьевна, городская жительница, умудрилась потеряться, но к Черному Озеру все дошли в целости и сохранности. Юрий Петрович рассказал, что раньше это озеро называлось Лебяжьим.

У озера обнаружили старый лагерь туристов и Чувалов распорядился вытесать новый столб, отмечающий заповедное место. Только не над столбом работал Егор, когда все разошлись. Увидел он как-то поутру Нонну, купающуюся в озере, и вырезал из кривого ствола фигуру обнаженной женщины. Вырезал — и испугался: отругает его лесничий на несанкци­о­ни­рованные художества. Однако ругаться Чувалов не стал — фигура оказалась настоящим произведением искусства.

Федор Ипатович тем временем узнал, что Егор лесничего на Черное озеро повел, и затаил злобу — решил, что Полушкин на его место метит. Два дна Бурьянов хмурился, «думы свои чугунные ворочал», а потом заулыбался злобно. Ну а Егор был счастлив. Еще никто и никогда не разговаривал с ним так уважительно, Егором Савельичем не величал и художества его в серьез не принимал. Кольке тоже повезло: подарил ему Чувалов настоящий спиннинг.

После этого похода Чувалов понял, что никто не присмотрит за заповедной зоной лучше Полушкина. Так и стал Егор лесником вместо Бурьянова. Полушкин взялся за дело рьяно. Лес почистил, а вместо «запрещающих» табличек развесил по заповеднику щиты со стихами «о порядке» Колькиного сочинения. Прогнал Егор из леса и Филю с Черепом, который незаконно валили лес.

А Нонна Юрьевна тем временем собралась в областной центр — подрядилась купить глобус, карты и спортивный инвентарь для школы. Приехав в город, она позвонила Юрию Петровичу, который пригласил ее на обед. Нонна обнаружила, «что в ней до сего времени мирно уживались два совершенно противо­положных существа» — взрослая, уверенная в себе женщина, и трусливая девчонка. Именно женщина провела с Чуваловым ночь, а после Юрий Петрович признался, что женат. Женитьба Чувалова была странной. Когда он работал в алтайском лесничестве, к нему из Москвы приехала молоденькая практикантка Марина. Проведя с ней ночь, Юрий немедленно женился, а через три дня молодая жена укатила в Москву. Через два месяца Марина сообщила, что «потеряла» паспорт со штампом о браке и получила новый, чистенький. Свой паспорт Чувалов терять не стал, а постарался забыть об этой истории. Несколько лет спустя Юрий узнал, что Марина родила, но его ли это ребенок — не сказала. Нонне он не успел ничего объяснить — услышав о браке, она оделась и ушла. Прибыв в поселок через несколько дней, Чувалов узнал что Нонна уехала в Ленинград.

В поселок Чувалов приехал не просто так — привез начальника, которому очень понравились Колькины сочинения. Тогда же Чувалов и рассказал Полушкину «историю своей семейной жизни». Через неделю пришел вызов из Москвы — Егора Полушкина приглашали на Всесоюзное совещание работников лесного хозяйства. У Бурьянова же дела шли совсем не важно — им заинтере­совался угрозыск.

В Москву Егор ехал через областной центр, но Юрия Петровича там не застал — о уехал в Ленинград. В столице Полушкин «участвовал в прениях» и посетил зоопарк. Приехал он в Москву с деньгами чуть ли не всех жителей поселка и списком «заказов», но, оказавшись в зоопарке, про список забыл и купил две пары живых лебедей. Хотел Полушкин, чтобы озеро снова Лебяжьим стало. А еще Полушкин нашел Марину, жену Юрия Петровича, и узнал, что у той давно уже другая семья.

Лебедей Полушкин устроил в домике у Черного Озера, а по бокам домика еще двух птиц поставил из светлого дерева. Юрий Петрович из Ленинграда вернулся один. Нонна отказалась возвращаться, и Полушкин уже подумывал: а не податься ли ему в Ленинград?

Та ночь, когда Полушкин услыхал странный шум в своем лесу, «на диво разбойной была». Накануне у поселкового магазина Колька встретил того самого туриста, что муравейник поджег, с полной авоськой водки. Вот поэтому и гнал Егор свою лошадку через ночной, осенний и мокрый лес, даже Харитина не удержала. Взрывы доносились с Черного Озера — там глушили рыбу. Выбежав на свет, к костру, Егор увидел над огнем котелок, из которого выглядывали лебединые лапы. Остальные лебеди, уже ощипанные, лежали возле костра, а в огне сгорал пятый лебедь, деревянный. Браконьеров этих на озеро привели Филя с Черепом, они же его и били, а кто-то третий собаку науськивал. Нашли Егора к вечеру следующего дня. Он полз к дому, а за ним от самого озера тянулся кровавый след.

В больнице Полушкина допрашивал следователь, но тех, кого узнал, Егор не выдал. А узнал он не только бывших дружков, но и Федора Ипатовича. Бурьянов в больницу пришел прощения просить, принес бутылку дорогого коньяка. Егор простил, а коньяка не захотел, и горьким показался Федору Ипатовичу дорогой французский напиток. Закрыл Полушкин глаза и «перешагнул боль, печаль и тоску», а после поскакал на коне «туда, где идет нескончаемый бой и где черная тварь, извиваясь, все еще изрыгивает зло». А Колька отдал Вовке спиннинг за щенка.

От автора

Попадая в лес, автор каждый раз вспоминает о Егоре и о тех, кто его знал. «Черепок попал под указ», а Филя по-прежнему пьет и шабашит. Каждую весну он красит жестяной обелиск на могиле Полушкина. У Федора Ипатовича отобрали дом, и он уехал со всем семейством. На Черном Озере — другой лесник, поэтому Колька не любит туда ходить. Юрий Петровис Чувалов получил квартиру и женился на беременной Нонне Юрьевне. Почти всю самую большую комнату квартиры Чуваловых занимает вырезанная Егором фигура женщины. А Лебединым Черное озеро так и не стало, «должно быть, теперь уж до Кольки».

briefly.ru

Не стреляйте белых лебедей - это... Что такое Не стреляйте белых лебедей?

«Не стреля́йте бе́лых лебеде́й» (в некоторых изданиях — «Не стреляйте в белых лебедей») — роман советского писателя Бориса Васильева, написанный в 1973 году.

Сюжет

В отдалённый посёлок за длинным рублём приехал Фёдор Бурьянов — предприимчивый и крепко стоящий на ногах мужчина. Будучи лесником в охранном массиве, он построил себе дом из государственного леса и наладил семейный быт. У жены Бурьянова сестра Харитина замужем за Егором Полушкиным, который подался вслед за родственником. Егор — плотник с золотыми руками, но непутёв и простодушен. Знакомые над ним смеются, Харитина сетует на судьбу, а сын Колька, наивный и добрый, любит отца, но постоянно испытывает из-за него стыд и обиду.

Егор не может удержаться ни на одной из работ, но его жизнь резко меняется, когда лесничий Юрий Петрович, приехавший наводить порядок в лесном массиве, выявляет хищения и назначает Полушкина новым лесником. Егор ревностно оберегает лес и в результате погибает от рук браконьеров.

Персонажи

  • Егор Савельич Полушкин
  • Харити́на Макаровна — его жена
  • Колька — сын Егора и Харитины
  • Фёдор Ипатович Бурьянов — лесник в охранном массиве, свояк Полушкина
  • Нонна Юрьевна — школьная учительница
  • Юрий Петрович Чувалов — новый лесничий

Экранизация

В 1980 году на киностудии «Мосфильм» по роману был снят одноимённый кинофильм (режиссёр Родион Нахапетов).

dic.academic.ru


Смотрите также

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>