Ауе кто придумал


АУЕ: почему эту аббревиатуру презирают в воровском мире?

За этим явлением стоят бандиты из лихих 1990-х, в юности отсидевшие сроки на малолетке (зона для несовершеннолетних), будучи буграми, т.е. бригадирами зоны, отряда, отделения - ставленниками администрации. Часто бугры издеваются над несовершеннолетними заключенными, как морально, так и физически. У бугров есть свои председатели, их прозвище - рог. Любой рог или богор, стоит ему подняться на взросляк (т.е. достигнув совершеннолетия, перейти отбывать наказание во взрослую колонию), имеет риск быть опущенным либо убитым, так как он не просто занимал «сучью» должность, но и издевался над другими. А для того чтобы не было бунта против их власти, многие бугры специально стремятся навязать на малолетке свою идеологию, якобы основанную на воровских понятиях. Постепенно такая «своя» субкультура прикрылась аббревиатурой АУЕ, распространив свое влияние и на воле. Молодежь начинает жить по уголовным правилам, под лозунгом «Жизнь ворам - смерть ментам», вымогает деньги у своих товарищей, создаёт общаки для передачи продуктов, сигарет или денег «пацанам на зону» - на малолетку. Многие подростки не понимают, что, помогая этой субкультуре на свободе, они помогают, по сути, «сукам», нарушающим воровской закон. На взрослой зоне приверженцам  АУЕ  живется несладко – их часто используют, подставляют, могут, мухлюя, обыграть в карты, а нередко и опустить. Малолетки из этого сообщества, на зоне часто становятся обычными прислужниками авторитетов, но это еще в лучшем случае. Бывает, что из молодых бархатных бродяг делают Машек, и они получают те самые прелести арестантского единства, о котором так мечтали. Деревенский бродяга из  АУЕ , укравший куртку из школьной раздевалки и попинавший слабака, упивается собственным величием. Но для настоящих взрослых арестантов и бродяг, придерживающихся воровского закона, он – «чмо и безмозглый лентяй».

russian7.ru

Страна из трех букв

Отмечу сразу: для детей (в основном в Забайкалье) эти три буквы означают своего рода тайное знание, никто с ходу не возьмется его вам раскрывать, ни в одном уголовном деле нет утверждения, что некто пошел на преступление, исходя исключительно из идеологии АУЕ. Но без этого феномена нынешнюю криминализацию подростков вовсе не понять, особенно — массовые акции. АУЕ — пионерия сегодня, это фактор сплочения, клей.

Раскладывают АУЕ так: «арестантский уклад един», «арестантское уркаганское единство». Но прежде всего это опознавательный знак: «свой» — «чужой». Произнесение тобой этих трех букв означает: ты в курсе. Или — ты поддерживаешь блатные понятия. Все зависит от контекста. Это или приветствие, или угроза. Пример: «Ауе, иди сюда»; «Ауе, дай мобилку позвонить»; «Ауе, ты кто вообще?» Это восклицательное междометие, и используется оно и как призыв, клич.

А помогающее с передачами в тюрьмы и колонии ООО «AUE» с центральным офисом в Питере и действующее по всей стране расшифровывает свое имя абракадаброй: «Absolute Union Economy». Такой типичный пример субкультурного «остроумия».

2010

Краснодарский край. Массовые беспорядки в Белореченской воспитательной колонии начались с выкрика «Ауе!». Кричал, по данным следственного управления СКП РФ по краю, один из смотрящих за колонией.

2013

Чита. Массовые беспорядки в профессиональном училище № 6. Власти связали их с АУЕ.

Бурятия, Бичурский район, село Малый Куналей, 9 мая. Маршрут торжественного шествия пролегал вблизи детдома. Там на участников обрушились камни. Трое детдомовцев (двое уже имели к тому моменту судимости, а против одного велось уголовное расследование) метили в полицейских, и трое из них получили ранения.

2014

Прокуратура Забайкальского края: «В настоящее время в Чите и районах края действуют устойчивые группировки молодых людей в возрасте 14–18 лет, как правило, из неблагополучных семей. Группы хорошо организованы, отличаются сплоченностью, наличием связей с лицами, отбывающими наказание в исправительных учреждениях. В отдельных профессиональных училищах, общеобразовательных школах, интернатах в районах края подобными группами насаждается уголовное мировоззрение, совершаются вымогательства с учащихся денег, якобы для формирования так называемого «общака» и его передачи в пенитенциарные учреждения (всего в регионе действует 11 исправительных колоний)».

Начальник временного отделения полиции «Арахлейское» УМВД России по Читинскому району Тарас Яковенко — «Забмедиа.Ру»: «Все началось с того, что «салонник» залез на базе отдыха в машину одного из отдыхающих. Хозяин авто задержал злоумышленника, мы с напарником в это время находились рядом. Когда начали надевать на подозреваемого наручники, он стал кричать: «Ауе! Ворам свободу!» Тут же прибежали около десяти человек, попытались напасть на меня и напарника. Пришлось стрелять в воздух, вызывать ОМОН».

В Юдино, микрорайоне Казани, 16-летние адепты АУЕ (со взрослыми товарищами) вымогали деньги у сверстника. На стрелку тот пришел с отцом, убили обоих, забрали ключи от квартиры, зашли, расправились с матерью, забрали бытовую технику. Позже выяснилось: они же убили двух таксистов.

2015

Бурятия. Общественный деятель Дора Хамаганова: «Вчера вечером рассказал 12-летний мальчик из Советского района Улан-Удэ. Его друга, тоже 12-летнего подростка, терзают отморозки 14–15 лет, бьют, требуют «дань». На «грев», на «зону». И он, приехавший с мамой из сельского района, один, беззащитный, приносит им по 5–100 рублей. Парень в синяках, затравленный. Сказал, что хочет повеситься. Мать все время на работе в одной из торговых сетей. Получает копейки. Лишь бы выжить, платить за съемное жилье, содержать семью, детей. А что делать, вмешаться? Прийти с милицией? Они его вечерами будут догонять».

У этой конкретной истории финал не трагический. Вмешались инспекция по делам несовершеннолетних, родители. Детский омбудсмен Бурятии Татьяна Вежевич: «Подобные случаи были и в других школах, и в лесопромышленном и железнодорожном колледжах. Мы уже в течение трех лет поднимаем в республике проблему рэкета. Проблема в том, что пострадавшие боятся писать заявление, не верят, что как-то смогут это остановить».

Чита. Депутат гордумы Артем Меняй­ло: «АУЕ стремительно распространяется среди школьников, в особенности в Черновском районе, где дети ставят эти три буквы в углах листов с контрольными работами». Руководитель УМВД Читы Геннадий Мосякин: «По фене АУЕ значит «арестантский уклад един». Молодежь иногда использует, не понимая, что это значит. Такой проблемы особо не существует. Просто это бездумное АУЕ. Быть может, это проблема в будущем».

2016

Массовые беспорядки в городе Хилок Забайкальского края. Воспитанники интерната, вызволяя пьяного друга, оказавшего сопротивление полицейским и доставленного в участок, разгромили его: побили стекла в околотке и полицейских машинах, сорвали вывеску.

В селе Новопавловка Забайкалья против сбора с детей-девятиклассников дани в общак и избиения непокорных взбунтовались родители. Учинили самосуд над рэкетирами. Разборки позже продолжились — тут и угрозы поджогов тем, кто выходит из подчинения, и реализация угроз, и штурм участка с освобождением задержанного уголовника, державшего село в страхе. А еще на восставших родителей написали заявления, заведено уголовное дело.

Пресс-служба УМВД по Забайкальскому краю: «С учетом того, что нет организаторов, лидеров АУЕ, нет никакой финансовой поддержки, нет устава, в конце концов, нет единой расшифровки этих букв, мы делаем вывод о том, что АУЕ как движения не существует, больше это, наверное, образ жизни. Некоторое время назад задержали двоих 17-летних молодых людей, которые совершили двойное убийство. Они говорят: мы — АУЕ. Но кроме того, чтобы расшифровать эту аббревиатуру, они ничего сказать не могут».

В скобках замечу, что начальник пресс-службы Лариса Иванова произносит эти слова с небольшими вариациями федеральным телеканалам, которые вообще-то вполне могли бы претендовать если не на организующую АУЕ силу, то на вдохновляющую точно. С их-то воровской романтикой, брызжущей из каждого второго, если не первого, сериала, от каждой второй их шоу-звезды. И еще, про этих двоих. Сначала они зарезали 17-летнего однокашника по вечерней школе, а потом его мать — из опасений, что она была в курсе, с кем сын вышел разговаривать на лестничную площадку. Это в Чите, в печально известном поселке КСК.

Иркутск. Депутат Заксобрания Олег Кузнецов направил губернатору запрос. По данным Кузнецова, в интернатах региона, в Усольском гвардейском кадетском корпусе культивируются арестантские порядки, в Приангарье просочилась идеология сообщества АУЕ. Криминальные лидеры насаждают свои понятия среди подростков. Тем остается либо подчиняться произволу, либо покидать места учебы.

Кремль, заседание Совета по развитию гражданского общества и правам человека, 8 декабря. Его ответственный секретарь Яна Лантратова — президенту РФ: «Это тема, которая требует немедленного разрешения. В тюрьме сидит человек, и у него есть свои смотрящие на воле, и они связываются в т. ч. с детьми в социальных учреждениях, устанавливают свои порядки. И подростков заставляют сдавать на общак для зоны. А если ребенок не может сдать деньги или не может украсть и совершить какое-нибудь преступление, он переходит в разряд «опущенных». У него отдельная парта, отдельная посуда, над ним можно издеваться и его можно насиловать. дети в этих колониях и спецшколах очень хорошо физически подготовлены. У них есть определенное мировоззрение, они легко приспосабливаются ко всему. Самое страшное, Владимир Владимирович, что когда они выйдут из этих спецшкол, их будет целая армия. Мы считаем, что это проблема национальной безопасности».

Лантратова сообщила, что уголовная идеология насаждается не только в интернатах, но и в обычных школах. «Огромное количество групп, где есть данные по квартирам, но самое страшное — большое число групп с лозунгами: «Смерть — легавым, жизнь — ворам», с количеством подписчиков от 85 тыс. до 800 тыс. Это дети и подростки. очень качественные видеоматериалы, это записанные саундтреки, это записанные песни и сувенирная продукция, которая производится в этих группах, что дает нам понимание, что за этим стоят очень большие деньги и заинтересованные люди».

2017

Кремль, 2 января. По итогам заседания СПЧ президент утвердил перечень из девяти поручений. В частности, Пр-16, п. 2 а): до 15 февраля создать межведомственную рабочую группу с участием членов СПЧ по предотвращению криминализации подростковой среды.

Еще из публичных выступлений Лантратовой. По ее данным, АУЕ действует в 18 регионах. Среди них — Забайкалье, Бурятия, Московская, Челябинская, Ульяновская, Тверская области, Ставрополье. Всего она с соратниками объехала 46 регионов, где находила информацию о распространении АУЕ-движения. По числу просмотров один простой онлайн-телеканал с АУЕ-тематикой, рассчитанной прежде всего на подростков, достигает 20,5 млн просмотров. В онлайн-режиме люди могут делать пожертвования.

Иркутская область. По данным электронного СМИ «Усть-Кут 24», в этом городе с 40-тысячным населением под влиянием АУЕ находятся школы №№ 2, 4, 6, 10, 7, а также речное училище и Центр помощи несовершеннолетним, оставшимся без попечения родителей. Начальник полиции Усть-Кута Юрий Кицул: «Участковые проверили указанные школы и не нашли подтверждения».

Ульяновск. Уволен глава регионального СУ СКР Алексей Евдокимов, начальник облУМВД Юрий Варченко получил предупреждение о неполном служебном соответствии. Регион захлестывает подростковый бандитизм, в банды вовлекаются старшеклассники и студенты, и ситуацию сравнивают с забайкальской. Резонанс получили изнасилование несовершеннолетней студентки, массовая драка в молле (трое подростков получили ножевые ранения), подростковые суициды.

Челябинск. На фестивале красок группа 13–16-летних напала на автомобиль полицейских. Окружили машину, закинули мешок с мусором на крышу, разбили фару, повредили бампер, закидали красками. Оскорбления правоохранителей сопровождались скандированием «Ауе!», причем кричали и девочки. После этого представители РПЦ предложили запретить группы в соцсети с блатной романтикой так же, как «группы смерти». Русский академический фонд призвал инициировать поправки в закон, ограничивающие доступ несовершеннолетних к сообществам АУЕ.

Два разговора

По моей просьбе красноярский психолог Николай Щербаков, работающий с подростками, задал вопрос об АУЕ одному из своих 14-летних подопечных — его весной прошлого года привели как «трудного» и компьютерозависимого по наводке соцпедагога из его школы; имя изменено, диалог в соцсети привожу с сокращениями, но без правки:

«Саша, привет! Вопрос есть нетипичный: знаешь, что такое АУЕ?» — «Здаравствуйте, знаю. А вам зачем? Ну А.У.Е это это типо воровские понятия. Аристанское уркоганское единсто. Или Аристанский уклад един». — «Ого! А что это значит? И ты откуда узнал про АУЕ первый раз? То есть что слова значат, я понял, а к чему это обязывает людей? Про Челябинск см. ссылку» — «Вот, крик, одобрение, кричалка. Что то типо асаб, но новый уровень! Одним словом, АУЕ это воровское сообщество, которое против законов и ментов. Воряги так говорят. А асаб это типо злая маладёжь». — «Спасибо! А где ты про всё это узнал?» — «Ну давно я это знаю». — «Варяг — это другое» — «Да воры в законе». — «А откуда узнал-то?!» — «И мало­летки каторые не любят жить по законам и не уважают праваохранительные органы». — «А чем они занимаются-то? Малолетки эти?» — «Ой и не перещетать, но в крациях расскажу. Кто-то пропагандируют наркатики. И употребляют. Кто-то варует. Но в часности воры». — «Саша, спасибо. А где они все, молодёжь эта? Неужели и в школах эти законы действуют? Ты, например, впервые когда об этом узнал и от кого?» — «В плахую компанию попал и узнал». — «Давно?» — «Годо 3 назад». — «Сколько тебе тогда было?» — «Лет 11». — «Понял. В школе это, во дворе или в Теккене?» (Теккен — сеть компьютерных клубов. — А.Т.) — «В Тэккене». — «Так и подумал. Спасибо за ответы! Ты сильно не увлекайся всей этой бодягой только, ну её!» — «Да канешно, я всё уже довно осознал. И все задолжности здал. Всё отлично». — «Ты 8 класс закончил?» — «Перешол в него». — «Тогда совсем отлично! Точно, вы же 11 лет учитесь, не 10, как мы». — «Я же второгодник». — «Понял. Ну ты знай, что способности у тебя есть, просто нужно стремиться к чему-то, чего действительно хочешь. Тогда всё будет хорошо!» — «Я знаю. Спасибо».

Про упомянутый «асаб» или АСАВ (англ. All Cops Are Bastards, пер. «Все копы — ублюдки»). Если АУЕ идет с Востока, то АСАВ — с Запада. Здесь, в центре России, видимо, место встречи.

Разговариваю еще с одним восьмиклассником, 14 исполнится через месяц. Он и пишет, и говорит грамотно: победитель всероссийских и региональных олимпиад по русскому, победитель региональных олимпиад по литературе, победитель или призер всероссийских и региональных олимпиад по математике, физике, информатике. Отличник. Одна из «центровых» школ Красноярска.

«Знаешь, что такое АУЕ?» — «Фарту масти АУЕ! Все так говорят. Нет, даже орут. И я ору. Это тренд». — «Ну а что такое АУЕ?» — «Это что-то вроде из тюремного жаргона?» — «Ну да. А тебе это зачем?»

Пожимает плечами.

Это мой близкий родственник.

Интересуюсь в интернете. Получается, что данная приветственная фраза — аналог давней «фарту, удачи и лоха побогаче». Стала вот кричалкой нынешней юности российской. Трендом.

АУЕ. Что такое, кто такой, или О росте тьмы и ее движении над Россией

Есть вещи, о которых лучше бы не знать. Впечатлительным натурам в особенности. Ничего это знание не даст, лишь искалечит душу зараз. Так что просто не суйся на территорию тьмы, в те пятна мира, где возможно все, не заговаривай с бесами, не смотри в их сторону, проходи мимо, не дай им подумать, что ты их замечаешь. Не обозначай себя, и, возможно, избежишь проблем. Проблем не избежать, если темные зоны мира начинают мигрировать. А ты сам еще ребенок. Или у тебя есть не аутичный, любознательный ребенок.

Никаких правил тут нет, но иногда происходит так. К ребенку, если он достиг возраста пятого-шестого класса, подходят. Обычно их двое, они старше. Заводят разговор. Ребенок может быть один или в компании друзей-сверстников. С детьми говорят на блатном арго — пробивают, понимающий ты или не понимающий. Но ты ж не маменькин сынок. Начинают приветливо, «за жизнь», как со взрослыми, и в то же время напористо, и сразу вдруг окажешься в смешном положении, если не понимаешь. Это — АУЕ.

Что бы это ни значило для окружающих, конкретно для тебя это — пароль, код, отворяющий двери куда-то глубоко вниз. Дальнейшее почти предопределено. Вступив в диалог, ты уже начал терять себя. Отныне ты в параллельном мире, где ты — никто, и с тебя теперь будут спрашивать по его особым законам. Это очень понятная, почти безотказная манипуляция детскими душами: против них играют факторы разницы в возрасте и опыте — с ними разговаривают старшие, 4 года в детстве — это много, на них давит неизвестная лексика… По ступеням вниз: ребенку вполне мирно кое-что объяснят про «понятия», приоткроют вот всю эту чушь и гнусь — зоновскую романтику, так похожую на мушкетерское «один за всех», пояснят, как заслужить уважение и даже завоевать авторитет, и потом спросят деньги — «греть» зоны. Расскажут, как можно «суетиться», где взять. Угрозы будут потом. И получится, что хоть это дело добровольное, но, как рассказывает один из прошедших инициацию, «не уделять как-то было стремно, все же уделяют. Воровать, вымогать деньги, обманывать родителей никто не заставлял, но как-то невербально это поощрялось. Все понимали и легко говорили на фене, все умели болтать чётки и сидеть на кортах».

Ботать по фене попытаться можно, только не стоит. Это все равно что пробовать говорить по душам с бесами, не будучи экзорцистом. Воровское арго придумано как раз для того, чтобы загнать тебя в ловушку, обмануть и запугать, чтобы ты провалился в дыру с другими физическими законами и всего одним измерением. Тебя неминуемо поймают на слове, на любом, загонят на «косяки», в долги, поставят «на счетчик». Это так же точно, что нет давно (если и был когда-то) никакого воровского кодекса чести, нет никаких «понятий» — все плавающие понятия уголовного мира нацелены лишь на то, чтобы подчинить и схарчить тебя.

Это пирамида, технология: криминалитет работает среди детей из неблагополучных семей, детдомов. А детдомовцы уже давно ходят в обычные школы, привнося в них свое. Детям поясняют, что они для самореализации должны совершить какое-нибудь преступление. Старшие обирают младших, те — еще более младших или тащат из дома. Дальше — по накатанной: совершая преступление, подросток идет в спецшколы, воспитательные колонии, там окончательно заражается. И возвращается в детдом уже смотрящим.

Конечно, это не для всех. Многие понимают, что это им не нужно, но как-то так складывается, что для того, чтобы быть «своим», а не изгоем (а это едва ли не главная ценность у подростков), надо быть с АУЕ, в АУЕ. Или ради безопасности делать вид.

Но так не получится. И решишь сбежать, забыть, пожаловаться взрослым. Вынырнуть из этой вдруг открывшейся параллельной бездны. Увы. На деньги разводят за все «проступки», за то, что не так посмотрел, за слова, даже младшеклассников, совсем малявок, а уж за такое… Следуют угрозы, шантаж. В замкнутых коллективах могут «зачморить» и до смерти. В одном страшном кино точно сказали: мир, в котором вы хотите исправить ошибки, отличается от того мира, в котором вы их совершили.

Правозащитники свидетельствуют, что именно так: доводят до самоубийств, «опускают» (или совершают замещающие изнасилование ритуалы). При этом «опущенный»-то остается в АУЕ, просто в самом низу его иерархии, но без него АУЕ неполный, ему некуда деться.

Мы вроде не в тюрьме, где «понятия» играют роль, имеют вес и смысл. Как такое в принципе может быть? Почему не вырваться?

Ну да. Куда ребенку деться из детдома? А из поселений с одной-двумя-тремя школами, где все всех знают? Из тех, где зона и придорожный туалет с заправкой являются поселкообразующими предприятиями? Да и в городах с сотнями школ: что вы знаете об утренней хмари, в которой он идет в школу, о ранних сумерках, когда вы еще на работе, а в дверь названивают те двое, и ребенок, не дыша, смотрит на них в глазок?

Поножовщина

Книгу о путешествии в Сибирь в 1913 году Фритьоф Нансен озаглавил так: «В страну будущего». «Настанет день, когда люди очнутся, и силы, заточенные до поры, освободятся, и мы услышим новые голоса из Сибири, они принесут нам будущее, и в этом нет никаких сомнений».

Голоса эти глухи, но можно попробовать их разобрать. Вот на видеозаписи следственного эксперимента в Норильске: «Покажите рукой, в какой контейнер вы опустили мешок. Вы говорили, мешок вытряхнули?» — «Ну, я подошла… Я запачкалась». Это апрель прошлого года. Задержанная рассказывает, как выбросила в мусорный бак тело 12-летнего мальчика. Его она ударила по голове, потом задушила. В СК по этическим соображениям ситуацию не комментировали, но в соцсетях женщину оправдали: «она задушила ребенка, потому что тот участвовал в изнасиловании ее сына (удерживал, когда его насиловали)», «все участники — дети 10–12 лет», «сама женщина говорит, что когда начала спрашивать этого ребенка о событиях изнасилования ее ребенка, он начал в издевательских выражениях рассказывать об этих событиях, как держали ». Изнасилованному мальчику было 8 лет.

В Норильске тогда ураган срывал крыши, а органы изымали у бизнеса и уничтожали во исполнение указов президента РФ 307,7 кг яблок из Польши, а также 189,65 кг помидоров из Турции — с ней тогда мы не дружили, это, еще раз, прошлогоднее убийство.

В эти же дни СК завершил проверку по делу в другом районе Красноярского края — Тасеевском. 16-летний школьник изнасиловал 13-летнего, сняв акт на камеру мобильника. А в Хакасии тогда же закончился суд по делу об убийстве из-за «рожек»: 19-летний племянник зарезал 36-летнего дядю из-за того, что тот во время съемки общей фотографии «не по понятиям» подставил «рожки» подруге молодого человека.

Октябрь прошлого года. За неделю, так уж сошлось, в одном лишь Красноярском крае произошло три случая детской поножовщины. 9 октября 13-летний семиклассник зарезал ножом-бабочкой ровесника. Через день 12-летние шестиклассницы в Дивногорске (городе-спутнике Красноярска) устроили разборки в лесополосе, и одна из них 10-сантиметровым кухонным ножом изрезала — не насмерть — двух одноклассниц. 17 октября в Шушенском 17-летний учащийся сельскохозяйственного колледжа под наркотиками зарезал 15-летнего школьника.

6 ноября двое 15-летних отроков по пустячному поводу убили топором и монтировкой в поселке Нижний Ингаш трех односельчан, дом подожгли.

О них никто ничего не узнал, они не вели трансляций, страна через неделю наблюдала в «Перископе» за трагедией других 15-летних — в Стругах Красных.

Потом какое-то время — тишина. Так случается — наплывами. А до этого, в одну неделю мая 2015-го, в многопрофильном лицее в Борзе Забайкальского края произошли два самоубийства учащихся. До этого еще два — в октябре и ноябре 2014-го. С собой покончили сироты из Шилки, выпускники детдома. И еще были две попытки. Это на 400 подростков. Правозащитники (Лантратова в Кремле сказала о пяти детских самоубийствах в лицее за полгода) связали эту серию с вымогательством у сирот их социальных пособий учащимися с арестантским бэкграундом, адептов АУЕ. В ноябре 2014-го гаишники после погони остановили авто смотрящего за лицеем, тоже выпускника детдома. У него нашелся приличный счет в банке. За рулем находился бывший зэк, отсидевший за убийство. Он быстро слинял, а авто и полицейских окружили восемь подростков. Они порезали себе вены на руках стеклами и забрызгали кровью машину ГИБДД.

Вот вам еще из эсхатологических арканарских хроник, что совсем не надо бы знать, но придется — это о наших детях. О «вписках» — вечеринках, оповещают о которых в соцсетях и мессенджерах. Происходящее — а это зачастую половые связи, сопряженные с насилием — фиксируется на видео и потом используется для шантажа или травли. Сейчас по соцсетям разошлось видео «вписки» на этих майских в квартире в красноярском Академгородке: подростки держат обнаженную по пояс девушку, «кольщик» набивает ей на грудь тату в виде мужских гениталий. Позже выяснилось: девочке 15 лет, дочь педагога. Говорит, что сама попросила о такой наколке.

Если думаете, что вас и вашего ребенка защитят деньги, социальный статус, приличная школа, вы заблуждаетесь. А пойдете разбираться — сядете сами. Точно как борьба с наркотой, на которую в любой день могут подсадить вашего ребенка, и он сгниет. Кто будет биться с вами и кто против? Это вы — в подполье. Только посмейте.

Лантратова на заседании в Кремле: «И знаете, Владимир Владимирович, что самое страшное: в последнее время ко мне стало приходить большое количество родителей, которые приносят обращения о том, что их дети из благополучных семей выходят утром в школу и попадают на специальные явочные квартиры, где уже находятся алкоголь и наркотики, и они обязаны вписаться, называется «вписки», в эту криминальную субкультуру, чтобы не стать «опущенными» и оплатить алкоголь и наркотики собственным телом. Я хочу здесь отметить, что это дети 11, 12, 13, 14 лет».

Под желтым знаменем

В Кремле говорят о межведомственном взаимодействии, программах постинтернатного сопровождения — все, как заведено. В народе — что в обязательное оборудование для зон надо включать глушилки для сотовых, а в обязательное школьное чтение — Шаламова. О сути блатарей.

А еще все сходятся на том, чтобы спрашивать под видео у воров и авторитетов про их статус. Не подтвердил — распространять. Подтвердил — лет 15 давать.

Ну, на такое покушение на устои и скрепы российское государство, конечно, не решится, это такая же маниловщина, как призывы переформатировать федеральные полублатные телеканалы. Еще предложите поставить на вид орловскому губернатору Потомскому за его речи о «фраерах» и «чепушилах». Или красноярскому губернатору Толоконскому — тот недавно публично пел шансон (!) для участников Всероссийского библиотечного (!) конгресса. И под исполненную им песню Федора Карманова «Поцелуй меня, удача» на танцполе отжигала министр культуры (!) края Елена Мироненко.

Хрен бы с ними — и с губернаторами, и с министрами, и с ворами — взрослые люди, вправе молиться своим богам. Под прикрытием одних собирают с нас, терпил, «на ремонт храма», под сенью/«крышей» других — на «грев» сидельцам. Для нас большая разница, да. Но дети-то тут при чем? Вопрос в том, что повсеместное распространение тюремной субкультуры, все эти заигрывания с ней, песни и пляски позволяют исподволь легализоваться всему самому страшному и темному, патологиям человеческого рода.

Да и, впрочем, какая эта субкультура? Не бывает культур столь агрессивных, в которые дети прячутся, чтобы хоть сегодня уцелеть, а там — будь что будет.

Или никакие патологии Кремлю не страшны, пока СИЗО и голосуют, и дают явку, как в чеченских аулах и кемеровских деревнях? Пока в группах АУЕ в соцсетях чморят пиндосов и подпиндосников и предлагают бродягам заказать с 50-процентной скидкой «часы, как у Путина»?

Ну так это только кажется. Тот мир не может быть никому «социально близким», вас поймают и утащат в другое измерение.

В Туве, например, в 1992-м стал свидетелем «марша-протеста чабанов». В Кызыл тогда въехали всадники с желтым знаменем. Меж тем, по информации правительства, лишь шестеро конников были животноводами. Акцией руководил Народный фронт «Хостуг Тыва» («Свободная Тува»), основу которого составляло «Общество бывших заключенных» — в тот момент оно стало самой влиятельной силой региона. На площади потребовали референдума о государственной независимости от России. Президент Тувы тогда уступил, вынеся вопрос о референдуме на рассмотрение парламента и раздав националистам посты в правительстве. Позже Тува закрепит в Конституции (на несколько лет, сейчас этого уже нет) право на выход из России, право объявлять войну.

А Евгений Васин (Джем) и легендарное ОПС «Общак», правившее на Дальнем Востоке с середины 1980-х до 2000-х, параллельная система власти, вышедшая из тени? Все тогда уже было: и сборы на «грев» (правда, не с пятиклашек, а с бизнеса), и АУЕ, привлечение молодежи.

Пусть о детях мы должны позаботиться сами, согласен, но Кремль уже окончательно потерял интерес к забайкальской части России? И потом, АУЕ ведь можно по-разному расшифровывать. Одно из значений очевидно: это альтернатива социальным лифтам и совершенно иной способ перераспределения богатств страны. Да и в целом: цивилизация не для того вырабатывала для самозащиты табу, чтоб от них можно было так легко отказываться.

Исламский след

Судя по всему, где-то в Конституции есть секретная статья о том, что Сибирь — это именно то место, где исправляют преступников. В Сибирь продолжают собирать осужденных со всей западной России. Почему Москва, Чечня, Дагестан не строят для своих земляков тюрьмы и лагеря?

Ну так люди не помои, которые можно выплеснуть за Урал. Они к вам вернутся — помоями в соцсетях, онлайн-каналах, а значит, в душах ваших детей.

Это в далеком прошлом можно было отводить регионам/континентам роль каторжных. Россия и поныне сохраняет тот же порядок вещей, а значит, получит обратку — объективно сложившуюся субкультуру этих мест, их региональную идею — АУЕ, становящуюся для юности на наших глазах идеей национальной.

Между тем именно благодаря притоку чужаков в этом отдельном, но не закрытом сибирском мире, сработали механизмы саморегуляции, гомеостаз. Воровской касте, АУЕ на этих просторах сейчас способны противостоять лишь исламисты в зонах («тюремные джамааты»). Прошлым летом «Новая» (№ 81 от 27 июля 2016) писала о бунте в 35-й колонии Абакана. Раньше органы ретушировали, насколько это возможно, национальные и религиозные мотивы в любых ЧП, но, комментируя это восстание, сразу заявили о мусульманском следе, о криках «Аллаху акбар!» прячущих свои лица в тряпках заключенных.

Для пенитенциарной системы Хакасии тема эта, очевидно, больная: республика не мусульманская, но 50 % ее зэков — мусульмане. Исламисты или те, кто выбрал себе эту маску (а их все больше), отказываются работать, отрицают и режим, и воровские законы. Страдает и лагерная экономика, и давний порядок вещей, «понятия». Мусульмане признают единственным законом для себя положения шариата. Кому это понравится? И теперь руками самих заключенных пытаются восстановить статус-кво, но каков будет в реальности исход этой битвы, пока неясно.

В феврале этого года стало известно о новом эпизоде войны воров с исламистами. В колонии соседней с Хакасией Тувы вор в законе Руслан Гегечкори (Шляпа Младший), сын вора Роланда Гегечкори и внук вора Ноя Гегечкори, получил нокаутирующий удар в челюсть, нехорошо отозвавшись о чеченцах. После этого обидчик вора и еще семеро выходцев с Кавказа ушли молиться в тюремную мечеть. Гегечкори собрал свою шатию, два десятка, и ворвался туда же. Состоялось побоище и разгром мечети.

«Такие вообще не должны выходить из тюрьмы»

Смотрящий за Бурятией и Забайкальем и нынешний идеолог АУЕ — вор в законе Георгий Углава (Тахи). И это его надо благодарить за рост популярности АУЕ — конечно, он тут не первый, тут он после российского государства, видящего в Забайкалье целину для Китая, и федеральных телеканалов с духаном и идеологией блатняка. Углаве 28 апреля вынесли приговор: 3,5 года за вымогательство в общак у местного предпринимателя. Поскольку под стражей он с 1 февраля 2015 года, уже скоро выйдет на волю. Тем временем в СИЗО умер его «правая рука» авторитет Анвер Шанидзе, проходивший по тому же делу и получивший 3 года. Шанидзе написал заявление на лидера «меценатовской» ОПГ Дмитрия Ведерникова (Ведеру), обвинив его в покушении на убийство.

Ведерников, тоже находящийся в заключении, сделал за последнее время немало громких заявлений, разоблачая Углаву. Например: «Ваши деньги, Георгий Омарович, которые Вы собирали по школам, оставьте себе, а то как представлю, сколько детей осталось без обеда, кусок в горло не лезет. Я считаю, что такие, как Вы и я, вообще не должны выходить из тюрьмы. Я очень много зла причинил жителям Забайкалья, но сегодня я им пообещал, что избавлю их от разного рода беспредельщиков, и свое обещание я сдержу» (цитирую по читинской газете «Вечорка»).

Ведерников полагает, что АУЕ пророс за границы колючей проволоки лишь из-за амбиций Углавы: того с 2011 года пытались сместить из смотрящих за Забайкальем, и он повсюду начал расставлять своих ставленников, пусть и не заслуживающих звания положенцев. Те, чтобы удержаться, начали собирать дань везде, где можно и где нельзя. Деньги же шли не в общак, а Углаве и его близкому кругу.

Понятно, что выбор-то невелик — между «тварью злой» и «тварью злейшей». (Если что, это — «Король Лир».) Победить одну тварь может только другая. Какая — зависит от региона. Есть земли с традиционно сильными позициями ортодоксальных воров — Кузбасс, Приангарье. Где-то на сельских сходах права голоса не имеют те, кто не сидел: «сто дворов, сто воров». А есть Красноярский край, где 35 колоний, что более чем втрое превышает забайкальскую беду. И еще две тюрьмы и пять СИЗО. И «синие» здесь те же — со всей страны, и повязанных зоной здесь намного больше, чем в среднем по России. И тем не менее так уж повелось — это совершенно не уркаганская земля, поддерживался до последнего времени баланс.

Может, потому что доморощенных и приезжих воров и авторитетов здесь отстреливали с начала 90-х. Анатолий Быков, прежний совладелец местной алюминиевой империи и депутат, рассказывал мне в 90-х, как он проводил политинформации ворам. Скажем, «законнику» Косяку — перед его освобождением: «Ты выходишь в другой мир, это не зона, время другое, никто своего не отдаст. И не потому не отдаст, что есть я, а потому, что за «свое» все готовы перегрызть глотку кому угодно. Даже бизнесмены вооружены до зубов».

В общем, в каждой избушке свои погремушки. Региональная специфика. И это вовсе не театр абсурда, когда жители медвежьих российских углов полагают, что вся надежда теперь на Кадырова, что он наведет порядок. Крупным же русским регионам на брошенном Россией востоке и в ее географическом центре эта модель явно не подходит. Здесь, если в стране ничего не менять и длить политику вырождения, молодежи представляются иные варианты «развития». Их немного. АУЕ. И фашизм. Всё.

Эти два образа жизни друг без друга не обходятся — диалектика, единство и борьба… Вспомните итальянскую мафию, возникшую на Сицилии как патриотическое подполье. И то, как расправился с ней в 20-х годах прошлого века фашистский режим Муссолини. И как динамично она возродилась.

Еще один возможный вариант — финала «Повелителя мух» — кажется нереальным. Там деток, кто выжил в разборках, спасают взрослые — офицеры военно-морского флота.

Из Читы в 2010-м убрали штаб Сибир­ского, а до того Забайкальского (1921–1998 гг.) военного округа. Да и округов таких уже нет. Армия вроде совсем еще не уходит от границы с Китаем, но передислоцируется. Москве видней. А читинские чиновники видят в уходе военных, их «положительного примера» для подростков, в брошенных военных городках одну из причин взрывного роста популярности АУЕ.

И из Красноярска военные ушли, старейшее высшее командное училище офицеров радиотехнических войск расформировано.

Поколение «понятий»

Территория тьмы подвижна. И погода, и непогода приходит в России с Запада, но вот вам и нечто новое — движение с Востока, с забытых советских пространственно-временных образований, со станций и тупиков, таракановок и шанхаев, зон, из темных и мокрых подъездов с выбитыми стеклами, с тлеющих отвалов гидролизных заводов. Можно критично относиться к апокалипсическим оценкам правозащитников, однако это факт — АУЕ из Забайкалья, а теперь уже и Прибайкалья расползается злокачественной опухолью.

Педагоги и мастера читинских ПТУ говорят, что впервые сталкиваются с поколением, которое пропитано зэковскими понятиями и лютой ненавистью к полиции, многие не закончили и восьми классов, но имеют судимости, и не одну. Все — выпускники детдомов и коррекционных школ. Учиться ничему не хотят абсолютно. Еще одно отличие этих подростков — у них нет страха перед тюрьмой, они к ней готовы и уверены, что это и будут их университеты.

Шпана, гопота, сборы в общак были всегда. Но никогда не было так, чтобы молодежи не давали альтернатив. Зоновская идеология так легко все вокруг заполняет, потому что вокруг — пустота.

Что с нами, если наши дети не видят для себя человеческого будущего? Что с нами такое, если одно-единственное на этих просторах честное, справедливое, искреннее наши дети находят в блатняке и воровском кодексе?

Новость последних дней: уголовного дела относительно наколотого эрегированного пениса на груди 15-летней гимназистки СКР возбуждать не стал. Как сообщили в правоохранительном органе, девушка претензий не имеет, дело передано полиции, та его взяла на контроль, а девушку — на учет. Вообще-то она и ранее на нем состояла — за мелкие кражи.

www.novayagazeta.ru

Что такое АУЕ и стоит ли его опасаться Это «объект поклонения криминальных подростков» или городской фольклор? — Meduza

Белореченская воспитательная колония для несовершеннолетних преступников

Аносов Владимир / PhotoXPress

16 июня «Новая газета» опубликовала статью, в которой рассказала о подростковом феномене АУЕ — аббревиатуру можно расшифровать как «арестантский уклад един» или «арестантское уркаганское единство». По мнению обозревателя «Новой» Алексея Тарасова, аббревиатура стала «настоящей идеологией» и «объектом поклонения» среди подростков, склонных к криминалу. Ее используют в качестве возгласа-приветствия, для идентификации «свой-чужой», при нападениях на граждан. «Новая газета» называет АУЕ «новой пионерией» и говорит, что без досконального изучения феномена АУЕ невозможно понять криминализацию современных подростков — по мнению газеты, она достигла пугающих масштабов. Чтобы разобраться, откуда взялось понятие АУЕ и представляет ли оно реальную угрозу, «Медуза» поговорила с юристом, антропологом и криминологами.

Как пишет обозреватель «Новой газеты» Алексей Тарасов, впервые аббревиатура АУЕ прозвучала в 2010 году во время массовых беспорядков в Белореченской воспитательной колонии в Краснодарском крае. В своем материале он перечисляет происшествия, связанные с понятиями АУЕ и случившиеся с тех пор. Обозреватель приводит цитаты криминальной хроники (без указания точного источника); например, такую: «16-летние адепты АУЕ (со взрослыми товарищами) вымогали деньги у сверстника. На стрелку тот пришел с отцом, убили обоих, забрали ключи от квартиры, зашли, расправились с матерью, забрали бытовую технику».

По информации «Новой», в декабре 2016 года на заседании совета по развитию гражданского общества и правам человека его ответственный секретарь Яна Лантратова сообщила президенту России Владимиру Путину о насаждении в школах и интернатах уголовной идеологии и назвала ее «проблемой национальной безопасности». Лантратова сказала президенту, что к ней приходят родители и говорят, что «их дети из благополучных семей выходят утром в школу и попадают на специальные явочные квартиры, где уже находятся алкоголь и наркотики», а оплачивать их приходится «собственным телом».

В январе 2017-го Путин поручил создать межведомственную рабочую группу с участием членов СПЧ по предотвращению криминализации подростковой среды. А Русская православная церковь предложила запретить группы в соцсетях с блатной романтикой — так же, как «группы смерти». «Новая», кроме того, приводит расшифровку разговора красноярского психолога Николая Щербакова с подростками об АУЕ — они подтверждают, что не только знакомы с понятием, но и считают его «трендом».

По утверждению «Новой», схема, по которой ребенка «вербуют в АУЕ», выглядит примерно так: к пяти- или шестикласснику подходят двое старшеклассников и начинают говорить с ним на «блатном арго», рассказывают про «понятия», «зоновскую романтику», а потом просят принести деньги для «общака». Так 10-летний ребенок начинает воровать, вымогать деньги и обманывать родителей. По словам Тарасова, выйти из этой «вдруг открывшейся параллельной бездны» невозможно — как следствие, доведение подростков до самоубийства и изнасилования. Обозреватель «Новой» приводит также информацию о случаях расправы подростков над своими сверстниками — это месть за поведение «не по понятиям».

Со страниц газеты Тарасов обращается ко всем родителям с предостережением: «Если думаете, что вас и вашего ребенка защитят деньги, социальный статус, приличная школа, вы заблуждаетесь».

Он также пишет, что идея АУЕ — изначально региональная — постепенно становится для современных детей «национальной идеей». «Шпана, гопота, сборы в общак были всегда. Но никогда не было так, чтобы молодежи не давали альтернатив. Зоновская идеология так легко все вокруг заполняет, потому что вокруг — пустота», — завершает свой текст Тарасов.

Святослав Хроменков

юрист, представитель Байкальского правозащитного центра, Иркутск

Не скажу, что АУЕ — это угроза национальной безопасности, но это движение точно подрывает целостность общества и государства. Вовлечение детей в идеалы АУЕ происходит и с помощью соцсетей, а также фильмов и сериалов, в которых облагораживается образ бандитов.

Тюремной романтикой интересуются молодые люди из разных регионов России — об этом мне рассказывают мои коллеги: правозащитники, юристы, адвокаты.

Криминальные авторитеты, «смотрящие», «общаки» есть у нас везде, а значит, и с молодежью кто-то работает — им нужны новые кадры, молодежь; иначе, варясь в собственном соку, они просто исчезнут. Также им нужны исполнители — своими руками совершать преступления они не хотят. Думаю, идеология АУЕ (она может называться как угодно) была сформирована, чтобы влиять на молодежь и вовлекать ее в преступную деятельность. Детей учат совершать преступления и говорят, что вам за это ничего не будет, так как вы еще не подпадаете под уголовную ответственность.

Люди, связанные с криминалом, давно работают с молодежью. Раньше, 20–25 лет назад, они писали так называемые прогоны — что-то вроде самиздатовских газет, которые распространялись среди заключенных, в них они тоже писали о том, как нужно работать с молодежью.

Исторически сложилось, что наш край — сидельческий, у нас в каждой второй семье кто-то или сидел, или сидит сейчас. Поэтому, возможно, у нас влияние АУЕ ощущается в большей степени. Но так или иначе это распространено везде. Хотя статистических данных по этому поводу просто нет.

Никонов Александр / PhotoXPress

Иркутская область граничит с Забайкальем и Бурятией, оттуда к нам тоже идет молодежная преступная субкультура, связанная с воровскими традициями. На мой взгляд, это все обусловлено экономическими факторами: эти регионы, по сравнению с Иркутской областью, более отсталые, там хуже развита инфраструктура, выше безработица, поэтому там легче направить молодежь на преступный путь. Добавьте сюда кризис, плохую экономическую ситуацию — это тоже все влияет на появления АУЕ.

Ребятишки приходят к нам за помощью, потому что не знают, в какую сторону им двигаться, они еще не расставили приоритеты, не знают, как правильно себя вести.

По их словам, вовлечение в банду происходит так: старшие товарищи предлагают им совершить мелкое противоправное деяние или просто покурить, а потом используют этот поступок для шантажа: если ты не будешь делать то, что я тебе говорю, то я обо всем расскажу твоим родителям. Этим ребятам, которые попадают в эту ловушку, около 12 лет — в этом возрасте на них легче всего повлиять. Нам рассказывали, что происходит как будто бы ненасильственно, ребенок вроде бы сам отдает телефон или деньги, никто его не заставляет, но вырваться из этой сети уже почти невозможно.

Эти дети собираются в подворотнях — гулять им просто негде, расписывают аббревиатурой АУЕ стены и рассказывают друг другу истории «про жизнь». Старшие товарищи облагораживают криминальную субкультуру, блатную романтику, рассказывают, что криминальные авторитеты — это самые порядочные люди, им можно верить, а полиция и государство — плохие; они преступники, а мы Робин Гуды.

Чаще под такое влияние подпадают дети из неблагополучных семей. Те, кто чем-то интересуется или хорошо учится, к жизни относятся более осознанно, им труднее запудрить мозги — у них есть цель, так просто их уже не обманешь. А если у ребенка проблемы с родителями или с законом, если они живут в неполных или бедных семьях, на них повлиять довольно просто.

Сергей Милюков

профессор кафедры уголовного права РГПУ им. Герцена, полковник милиции в отставке, старший советник юстиции (Санкт-Петербург)

Это явление существовало в России всегда. Низовая часть населения не желала подчиняться государству, его карательным органам, и это нежелание проявлялось достаточно рано, в детском или подростковом возрасте, что создавало благоприятную почву для распространения воровских и хулиганских обычаев.

И в советское время, в 1950–60-е годы значительная часть подростков и детей преклонялась и подчинялась этим «воровским» обычаям. Просто тогда еще не было такой аббревиатуры — АУЕ. Дети пятых-восьмых классов увлекались блатными обычаями и правилами. В этом, возможно, выражалось их стремление к независимости. «Понятия» переходили от класса к классу, от поколения к поколению. При этом все это сочеталось каким-то удивительным образом с иной жизнью — с пионерскими и комсомольскими организациями, с чтением серьезных книг.

Сейчас благодаря интернету распространять законы АУЕ стало еще проще. Раньше это насаждалось бывалыми зэками: они вовлекали несовершеннолетних, очаровывали их идеей воли, нежелания никому подчиняться — не только родителям и школе, но и государству. Антиподом всегда выступала милиция, сейчас — полиция.

Уже тогда были некие знаки отличия — наколки. У некоторых пожилых уже людей можно иногда увидеть татуировку «ИРА» — и это не имя первой возлюбленной, а аббревиатура от «Идем резать актив». «Актив» — это те, кто сотрудничает с администрацией. Несовершеннолетние осужденные часто накалывали «ЗЛОБО» — «За все легавым очень больно отомщу»; или ЗЛО — «За все легавым отомщу». Или слово «УТРО» с рисунком солнца на кисти — «Уйду тропой отца», если, например, отец сидел. И вот эти традиции, эти словечки — вроде игра, а она потом сказывается на последующей жизни.

Александр Алпаткин / ТАСС

Мы ведь очень мало знаем о том, что происходит сегодня в так называемых детских колониях, или колониях для несовершеннолетних. Оттуда АУЕ тоже идет, и идет очень насыщенным потоком, просто специально это явление никто не исследует.

Немного статистики. За три первых месяца 2017 года в России удалось выявить почти десять тысяч несовершеннолетних преступников, что крайне мало. Думаю, только в одном районе Петербурга можно столько словить. При этом если сравнить этот показатель с предыдущим годом, то произошло падение регистрации преступности среди несовершеннолетних на 23,2%. Мы все видим, что творится в стране, а согласно официальной статистике, преступность несовершеннолетних исчезла. У нас 24 воспитательные колонии, в которых содержатся всего 1649 несовершеннолетних преступников. На мой взгляд, это одна из причин, по которой эта зараза сейчас цветет и пахнет: с ней никто не борется.

Вадим Тулегенов

кандидат юридических наук, доцент, исследователь проблем криминальной субкультуры

АУЕ — это свод неформальных норм, которыми руководствуются подростки. Есть мир законопослушный — неправильный, а есть правильный мир — криминальный. Адепты АУЕ пытаются насадить правильный мир, правильные идеи, а власть с ними борется. Совершая преступления, они не думают, что причинили кому-то вред, они считают, что все это во благо. Так они оправдывают свое поведение, свой образ жизни, наделяют определенным смыслом свое существование.

Этот смысл заключается в оправдании альтернативного образа жизни: все работают — я не работаю, нормальный человек старается вести трезвый образ жизни — я буду пить и употреблять наркотики, нормальный человек создает семью — я же семью создавать не буду, буду считать тюрьму своим родным домом. Они также оправдываются, что совершают преступления против тех, против кого нужно это делать, то есть считают себя кем-то вроде современных Робин Гудов.

У каждого явления есть периоды взлета и падения: в конце 1980-х годов молодежные группировки представляли большую общественную опасность, были случаи, когда они захватывали или предпринимали попытки захватить районные представительства РУВД. В 1990-х годах эти представители молодежных группировок стали бандитствующими элементами, представителями организованной преступности. В 2000-х годах это явление затихло, а сейчас вновь приобретает популярность. Но все-таки сейчас молодежная субкультура более диверсифицирована: кроме АУЕ можно быть и футбольным фанатом, и анархистом.

В любом обществе есть деструктивные силы, которым выгодно, чтобы дети таскали из дома последние вещи, отправляли деньги через систему электронных платежей, употребляли наркотики.

Сам я впервые столкнулся с термином АУЕ десять лет назад, когда работал в Центральном федеральном округе; в Южном, где я работал до этого, с этой аббревиатурой я не сталкивался. Сейчас этот термин распространен уже и в Забайкалье, и на Дальнем Востоке.

Дети из неблагополучных семей, родители которых злоупотребляют спиртными напитками, так называемые аутсайдеры — плодотворная почва для распространения идей АУЕ. Ведь они с малых лет смотрят на мир как на что-то злобное и несправедливое.

Далеко не все криминальные явления можно держать под контролем. Хотя когда начали бороться со скинхедами, они стали представлять меньшую общественную опасность; наверное, дойдет и до АУЕ, но явление должно быть хорошо изучено, должны быть разработаны соответствующие профилактические меры.

Отслеживать детей и несовершеннолетних с идеями АУЕ очень сложно, потому что об этом не сообщают в правоохранительные органы. Существует кодекс молчания. Дети обычно отвечают на подобные вопросы односложно — это наша тайна, наше братство, и никто об этом не должен узнать.

При этом, чтобы покинуть эту группировку, нужно прилагать определенные силы и определенное мужество. Есть ведь поговорка: «Вход в блатную компанию рубль, а выход — два».

Дмитрий Громов

доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института этнологии и антропологии РАН

Регулярно поступает информация о том, что где-то в регионах существует движение под названием АУЕ. Лет восемь назад я слышал о таком движении в Краснодарском крае, а прошлым летом о нем заговорили благодаря выступлению Яны Лантратовой, которая в то время была кандидатом на пост детского омбудсмена. Речь шла о том, что такое движение существует в Забайкалье (преимущественно в поселках и малых городах).

Что там есть в реальности, трудно понять, не совершив серьезного исследования в указанных Лантратовой населенных пунктах. Но с самого начала нужно уяснить, что явление имеет два уровня.

С одной стороны, было бы глупо отрицать наличие криминальной среды во многих российских городах и поселках; особенно в тех, где много людей, отсидевших в тюрьме, — например, в населенных пунктах, располагающихся неподалеку от зон. В России есть и спивающиеся поселки, и поселки с криминалитетом во власти — всякое можно найти. Вполне допускаю, что в таких местах могли формироваться и структуры по типу АУЕ. Многое зависит от лидеров — если, скажем, харизматичный юный преступник захочет организовать такое движение у себя по месту жительства, он может это сделать.

PhotoXPress

Но и преувеличивать возможности криминальной среды я бы не стал. В моей полевой практике было два информанта, проживающих в городах с тюрьмами; в этих городах было много отсидевших. Но показательно, что у местных подростков не было никакой серьезной связи с местной тюрьмой, несмотря на то что на дворе стояли 1990-е годы. Тюрьма жила своей жизнью, подростки — своей. Тут надо понимать, что криминал не заинтересован в том, чтобы люди знали о нем. Чем больше людей знают о профессиональной преступности, тем более она уязвима. Организовывать подростков, собирать с них копейки «на зону» — это слишком опасно и малоэффективно. У профессиональных преступников есть свой, довольно закрытый круг общения, которым они ограничиваются. «Мирные жители» обычно питаются только слухами о преступности, и эти слухи мало соотносятся с реальностью.

Второй слой информации об АУЕ — это процессы, происходящие в интернете. Вот это уже явление совершенно другого плана. С социальной реальностью оно мало связано. Это определенный интернет-фольклор, я бы сравнил интерес к АУЕ в интернете даже не с традиционным подростковым интересом к криминальной стилистике, а с детскими страшилками: где-то есть страшные «группы смерти», фашисты, а сейчас вот появился и мем АУЕ. Дети и подростки его знают, но это совершенно не значит, что они имеют хоть какое-то отношение к криминалу.

Такие игры не новы. Например, в середине 2000-х годов в «Живом журнале» прокатилась волна интереса к гопникам. Был создан виртуальный образ гопника, в который интернет-пользователи с увлечением играли — кепка, спортивные штаны, привычка сидеть на корточках. Среди посетителей ЖЖ-сообществ, посвященных гопникам, была исключительно образованная городская молодежь.

То есть, рассматривая движение АУЕ, мы должны различать реальные социальные проблемы и виртуальную игру. Судя по некоторым последним публикациям, далеко не все это различают.

Хочется заострить внимание еще и на том, что нынешняя волна интереса к АУЕ возникла благодаря выступлению Яны Лантратовой, которая фактически сделала рекламу этому движению; даже Путин отреагировал на ее доклад. Перед нами пример «моральной паники» — некто сообщает через массмедиа о незначительном явлении и через это явление получает информационную поддержку. Благодаря сообщениям в СМИ все узнают о явлении и начинают его воспроизводить. И вот уже вместо маргинального забайкальского явления — модный всероссийский мем. Если бы Лантратова просто сделала доклад о криминализации в подростковой среде (не упоминая яркого бренда АУЕ), она бы поступила более профессионально.

meduza.io

Что значит АУЕ?

АУЕ — это настоящая религия или даже объект поклонения, распространенный среди молодежи, которая предрасположена к бандитизму.

Данную фразу используют как некое приветствие, которое в процессе грабежа или другого подобного нападения на мирных граждан помогает такой молодежи определить «свой или чужой».

Некоторые специалисты описывают АУЕ как новое движение молодежи, тщательное исследование которого многое открывает о причинах масштабной криминализации бунтующих подростков.

Итак, что же такое АУЕ на самом деле?

Как расшифровывается АУЕ?

Как правило, с принципами АУЕ чаще всего сталкиваются заключенные, которые в первый раз оказались в тюремной камере.

Так как в тюрьме жизнь «не пахнет розами», сокамерники новичку любезно объяснят, что на блатном жаргоне означает АУЕ. Если такой заключенный не глупый, то вскоре он это прочувствует на практике, то есть «на своей шкуре».

АУЕ – сообщество подростков, которое отличается тунеядством, проявлением насилия, прославляет воровство и грабежи. Они превозносят всех воров в законе и криминальных авторитетов.

Признаки его влияния наблюдаются по всей территории Российской Федерации. В России данное движение (неформальная субкультура) принесло очень печальные последствия.

Данная аббревиатура значит: «арестантский уклад един», «арестантское уркаганское единство» или же следующий вариант — «арестантское уголовное единство».

Что значит «арестантский уклад един»? Это основной лозунг молодежи АУЕ, их принцип выживания в тюрьме. Часто к возгласу АУЕ прибавляют известное высказывание «жизнь ворам».

Другие же расшифровывают АУЕ как «абсолютно унылый евнух». Подростки, состоящие в этом сообществе, после заветного отправления в тюрьму часто прислуживают криминальным авторитетам, выполняя самую низкую работу.

Однако это не так страшно, как использование таких молодых наивных ребят в своих гомосексуальных оргиях.

Примечателен также еще один вариант перевода АУЕ. Говоря «AUE», в Древнем Риме так приветствовали друг друга. Так, латинское слово «AUE» в переводе на русский язык означает «Здравствуй».

Именно поэтому некоторые специалисты считают, что данную аббревиатуру заимствовали Древнего Рима.

Что значит фраза «фарту масти АУЕ»? Такой акроним заключенные используют, чтобы поприветствовать друг друга, при этом желая удачи — фортуны. Таким образом, аббревиатура АУЕ отображает не только криминальную идеологию, но заменяет слово «Привет».

Что такая молодежь отвечает на приветствие «АУЕ»? Как правило, говорят «фарту масти АУЕ» или же «жизнь ворам, смерть…». Как пояснить возглас «за АУЕ»?

Принципы АУЕ

Что значит «АУЕ» у молодежи? Если для обычного молодого человека преступление, нарушение закона — это явное зло и что-то недопустимое, то для АУЕ ценности перевернуты: чем серьезней преступление, тем ты круче и так поступать правильно.

Это их философия, образ мышления и жизни, и, если кто-то пострадал, значит так и надо — он слабый, выжить должен сильнейший. По сути, преступная деятельность приветствуется, без нее ты не сможешь быть в АУЕ.

Такие дети привыкли проводить время в подворотнях, расписывая пустые стены своей аббревиатурой АУЕ. При этом задача старших подростков – восхвалять криминал, блатную романтику криминальных авторитетов и насмехаться над государством и работой полиции.

Варианты с трудоустройством для молодежи АУЕ даже не рассматриваются. Работа и легальный заработок — это не для них, такой образ жизни считается унизительным.

Можно назвать это параллельным существованием, что, конечно, негативно сказывается на окружающих, тех, кому приходиться сталкиваться с АУЕ.

Для такой молодежи пить, курить, принимать наркотики — это добро, а завести семью, устроиться на работу, вести трезвый образ жизни — это зло.

Зона — их родной дом, место, куда нужно обязательно стремиться. Они считают себя хищниками, совершая преступления против «паразитирующих» членов общества.

Институт для молодежи АУЕ находится в местах не столь отдаленных, его адрес — тюрьма или колония.

Идеальный расклад для таких подростков — попасть в зону сразу после школы, именно в ней они хотят пройти школу жизни, азы обучения криминальной науки.

Проверенным вариантом попасть на скамью подсудимых является нападение на полицию: ввязаться с патрульными в драку или причинить какой-либо другой ущерб стражам порядка или их имуществу, а дальше долгожданный «казенный дом» открывает широко свои двери. Жизнь по «понятиям» начинается.

Как работает агитация АУЕ?

Как любое неформальное-бандитское движение, АУЕ негативно влияет на устои общества, подрывает целостность и силу государства.

В наше время агитация активно проходит через социальные сети, где подростки особенно доверчивы и имеют минимальный контроль со стороны взрослых.

Также все большую популярность набирают фильмы и сериалы, в которых бандитская жизнь приправлена ореолом славы, духом авантюризма, вседозволенности и безнаказанности, как правило, преступники выступают в роли героев, таких себе Робин Гудов.

Тюремной романтике посвящены многие песни и даже жанры в музыке.

В 2018 году в социальных сетях и видеохостингах все больше подписчиков набирают группы, направленные на рекламу тематики, посвященной АУЕ. На них подписаны десятки тысяч молодых людей из разных регионов страны.

Многие из этих групп маскируются под нейтральными названиями или как бы сообщества популярных игр. Секретный обмен информацией проходит в комментариях, которые можно оставлять пользователям под темой или видео.

«Кадры решают все» — звучит крылатая фраза, не лишена смысла она и в отношении криминального мира. Для передачи полномочий и влияния нужна молодая кровь, наследники идей, хранители традиций, иначе они уйдут в небытие. Для этого ведется планомерная работа среди молодежи.

Также нужны рядовые исполнители, так называемые шестерки, руками которых можно совершать противоправные действия.

Подростков успокаивают, обучая преступному ремеслу, что за правонарушения им ничего не будет из-за возраста, тем самым вырабатывается ощущение безнаказанности и вседозволенности.

Для привлечения в группу используют разные способы. Один из распространенных — это шантаж. Для начала ничего не подозревающего подростка угощают чем-то запрещенным: сигаретой, наркотиками, алкоголем.

Потом требуют совершить преступление в обмен на молчание — такой себе крючок, спрыгнуть с которого становится все тяжелее, чем дальше заходит подросток.

В школе также могут организовать сбор денег для зоны, если у кого-то нет средств, предлагают совершить мелкую кражу, дальше это становится предметом шантажа и ребята в возрасте 10 лет и старше становятся на скользкий путь воровской жизни.

Старшие сверстники могут устраивать показательные наказания и расправы, чтобы держать в страхе остальных участников группировки, так что вырваться из таких жестких сетей довольно трудно, поэтому среди подростков нередки самоубийства.

Всех в банде, кто не живет по понятиям, также сурово наказывают, иногда доходит до изнасилований. Доказать что-либо очень непросто, все подается в свете, как будто бы подросток все делал по своей инициативе, а запуганные дети боятся выдавать подельников.

Про такие действия знают все, как сами родители таких подростков, так и администрации школ, однако, к сожалению, никто не в силах помешать распространению влияния АУЕ. Даже сами правоохранительные органы часто оказываются совершенно бессильны.

Как правило, более подвержены такому разлагающему влиянию дети, которые выросли в неблагополучных семьях, у которых возникают недопонимания с родителями или проблемы с законом.

К тому же, подростки, которые хорошо учатся, занимаются любимым хобби, имеют определенные цели в жизни, попросту не поверят в тот обман, иллюзию, что внушают представители АУЕ.

Причины распространения АУЕ

Рассмотрим перечень факторов, которые выделяют некоторые специалисты:

  1. В некоторых частях Российской Федерации, как правило, в отдаленных селах, крайне низкий уровень жизни. Как результат – подростки, не зная, чем себя занять, организуют группы АУЕ.
  2. Легкий доступ, а точнее – полное наполнение телевизионных каналов жестокими криминальными фильмами. Кроме того, нельзя не заметить, что практически в каждой маршрутке чаще всего прокручивают различные блатные песни, а это, в свою очередь, не может не отразиться на мышлении и мировоззрении еще несформировавшихся подростков.
  3. Плохая репутация полицейских, которые известны тем, что любыми способами выбивают показания, не стесняются ругаться матом при детях, берут взятки. Таким образом, молодежь начинает рассматривать полицейских как отрицательных персонажей, а криминальных авторитетов – положительными.
  4. Неграмотная мотивация для молодежи. Так, в РФ с помощью различных патриотических программ и даже новостей постепенно внушают детям культ силы. Конечно, лучшая мотивация для неокрепших подростков – это поощрение к успешной учебе, созидающему труду, саморазвитию, к хорошим поступкам.

Несмотря на то, что влияние сообществ АУЕ достигло федерального уровня, правоохранительные органы и сами власти до последнего пытаются не признавать или же игнорировать всю мощь данного движения. Региональные власти считают воздействие АУЕ не таким уж и серьезным.

Однако правда в том, что пропаганда АУЕ широко распространилась в Сибири, Забайкалье, на Дальнем Востоке и мало-помалу движение АУЕ продвигается к столице.

ugolovnyi-expert.com


Смотрите также

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>